Tag Archive for кино

Тихий герой

«Смертная казнь через повешение» (Kôshikei), реж. Нагиса Осима, Япония, 1968

Р — кореец, но в Японии он называет себя Шизуо К. Он получает образование в хорошей школе и пытается вырваться из семейной нищеты. Без видимых причин он совершает два изнасилования и убивает одну из своих жертв. Р приговорён к казни, он не стыдится своего преступления и рассказывает о нём в хвастливых подробностях. Он дрожит и вырывается, когда его ведут на казнь. Но после повешения не умирает, а обретает покой, становится воплощением выдуманного японского имени. «Шизуо» в переводе — тихий герой.

Режиссёр Нагиса Осима в юности изучал политологию в университете Киото. Членство в радикальных левых кружках стало одной из причин, приведшей его в кинематограф: работу по специальности он найти не мог и стал ассистентом режиссёра на токийской киностудии. Политическая направленность ранних фильмов Осимы выражена вполне прямолинейно, и «Казнь через повешение» — не исключение. Путешествие по Корее, которое режиссёр предпринял в начале 60-х, произвело на него огромное впечатление. Спустя двадцать лет после Второй Мировой дискриминация корейцев была для Японии обычным делом. Насильно перемещённые корейцы и их потомки жили в нищете и бесправии.

История корейского студента Ри Чин-ю, которую Осима первоначально хотел экранизировать безо всяких иносказаний, вызвала немало споров: режиссёр считал Ри одним из лучших представителей молодого поколения, несмотря на жестокость совершённого им злодеяния. Герой фильма отличается от прототипа, но его преступление осталось неизменным. Неизменно и наказание. Для его исполнения в тюрьме отведён дом. Одноэтажный коттедж, устроенный на американский манер.

Повесть о доме (рассказчик — сам режиссёр) похожа на вступление к документальному фильму о тюремном быте. Осима считает необходимым сообщить площадь каждой комнаты. Сцена казни — документальная инсценировка — идёт не по плану. Проснувшись после беспокойного сна, господин Р обнаруживает, что его достают из петли. Капеллан (Р — католик) заявляет, что душа казнённого уже на небе, а значит, молчаливый кореец вовсе не Р и заново казнить его нельзя. Режиссёр умело внушает зрителям доверие, а затем превращает команду обвинителей в эксцентриков, доводит их до откровенного безумия и добавляет в текст совсем уж фантастических деталей.

Произведение Осимы сравнивают с театром Брехта за смесь бытописательства с абсурдом и за странный, тёмный юмор. Повествование начисто лишено эмоций, и даже смерть не вызывает тревоги (о чём беспокоиться, если казнь может стать началом новой жизни?). Безропотный Р вынужден наблюдать, как врач, капеллан, прокурор и надзиратели инсценируют его преступления и воссоздают семейный быт. Они должны заставить его вспомнить, кто он и что совершил. А когда пребывание в доме становится невыносимым, Осима выпускает героев в город, где их бесчинства не вызывают у случайных свидетелей (да и у нас) ни малейшего удивления. Органично звучит и речь Гитлера, будто по недосмотру вставленная в уличный шум.

Осиме недостаточно мысли о том, что казнь превращает тех, кто её исполняет, в хладнокровных убийц. Недостаточно и социальной драмы о корейце, который был лишён всего, — воровал еду, чтобы питаться, воровал женщин, чтобы любить. Фильм обогащается всё новыми смыслами: господин Р не просто жертва дискриминации, он ещё и жертва собственного воображения; только после казни он очнулся от сна и понял, что же совершил, смог отличить невоплощённые желания от реальных поступков. Наконец, обвинители возвышаются до уровня Нации. Не прокурор обвиняет Р и жаждет лишить его жизни — этого хочет вся Япония. Но Япония — никто, Р осознаёт свою невиновность, казнь несправедлива, а смерть необходима.

На таком уровне абстракций уже нет никаких запретов. Каждый может по-своему интерпретировать дважды ожившую сестру главного героя (в первом случае она даже не была сестрой), по-своему оценивать перемены обстановки и одежды. Дальше можно расчертить комнаты дома казней мелом и снимать фильм на большой чёрной поверхности — впрочем, как тогда изобразить двухуровневую камеру для повешенных? Язык кино для замысла Осимы то слишком богат, то слишком беден; реалистично экранизировать «В исправительной колонии» Кафки невозможно, потому что иглы, пишущие на человеческом теле, хорошо смотрятся только на бумаге. Обилие идей не воплотилось в адекватных образах, и «Казнь» можно разглядывать под любыми углами, — как трагедию об инцесте, комедию о бюрократах или притчу о Солнце. Не останавливаясь и не запинаясь, Осима завершает рассказ истории, которую не закончил придумывать. В конце всех — и особенно зрителей — поблагодарят за хорошо выполненную работу.

Диалоги о кино: «Молчание»

«Молчание» (Silence), Мартин Скорсезе, 2016

Иногда лучше поговорить о фильме с друзьями, чем писать рецензию в одиночестве. Это мой первый такого рода опыт. Едва ли последний!

Я — Александр Залесский, дизайнер игр, начинающий сценарист и давний любитель смотреть всё, что попадается под руку. Мои собеседницы — Мария Морозова, режиссёр и продюсер, и Татьяна Шохова, сценарист («Ольга», «Восьмидесятые»). В диалоге есть спойлеры.

Мария Морозова: Тань, я помню, ты сказала, когда из зала выходили, — «Отмучились».
Татьяна Шохова: Сказала — это было испытание.
Мария: Точно. Фильм-испытание.

Часть первая: Испытание

Татьяна: Начиналось всё неплохо. Фильм очень красивый, неспешный. У него своя атмосфера, она сразу чувствуется.
Мария: Да, но затянули метания героя и кульминацию.
Татьяна: Eсли бы это все было рассказано компактней, если бы была собственно драматургия человеческая, не было бы так скучно. Фильм ведь по теме и красоте нечеловеческий. Замах-то каков!
Мария: Замах огромный, но разве Скорсезе справился?..
Александр Залесский: В западных рецензиях упоминают, что фильм намеренно затянут. Зрителей не то чтобы истязают намеренно, но усложняют восприятие.
Мария: Потому что тема такая.
Татьяна: Маш, над нами, оказывается, эксперимент проводили.
Александр: А постоянные повторы и прогрессия мучений — сродни религиозному опыту или житию мученика.
Мария: Главный герой здесь — Родригес (Себастьян Родригес, иезуит, герой Эндрю Гарфилда — А.З.), но у меня почему-то совсем не было к нему сопереживания. Может быть, из-за его излишней фанатичности. А тепла нет, потому что не хватает юмора. Самоиронии.
Татьяна: Согласна с Машей. Фильм вызывает восхищение. Любопытство. Но тепла нет. Кино получилось красивое и холодное, как змея.
Мария: Кстати, второй, Гаррпе (герой Адама Драйвера), мне был изначально приятнее. Он и шутил, и был не так однозначно настроен, — но когда дошло до дела, он сделал выбор без страха и сомнений.

Часть вторая: Вера

Татьяна: В «Молчании» встречаются христиане с Запада и христиане с Востока. Ранние христиане шли на смерть с радостью. Они искали ее. Они были совершенно уверены, что попадут в рай, если будут убиты. Они приходили к римскому прокуратору и просили расправиться с ними за то, что они — христиане. И их бросали ко львам. Христианство в Европе XVII века уже не имело с этим ничего общего. Оно стало иерархичным, стало системой. На Востоке христианство только приживалось, и верующие там вели себя как первые христиане на Западе. Маша, помнишь, как японцы со светлыми лицами говорили, что попадут в рай? У иезуитов это вызывало ошеломление.
Мария: Тут даже не про этапы, а про культурные и религиозные отличия. Японцы тоже верят, но совсем по-другому.
Александр: Да, крестите моего младенца и он сразу попадёт в рай.
Мария: Мы до сих пор в это верим, разве нет?
Татьяна: Современные христиане не ищут ради этого смерти. А в древности — искали.
Александр: Речь в фильме ещё и о том, что христианские доктрины без проповедников искажались неузнаваемо. И потомки этих людей до XX века жили в изоляции от христианского мира. Их верования были крайне необычными.
Мария: Для меня «Молчание» не про религию и не про христианство, а про здравый смысл. Родригес исходит из здравого смысла: зачем идти на смерть, если умру не только я, но и остальные христиане? И японцы исходят из здравого смысла: зачем менять религию, когда своя хороша?
Татьяна: Мне кажется, иезуиты не выдержали безрассудства японцев-христиан. Чтобы спасти японцев — это очень по-человечески — один пожертвовал жизнью, другой пожертвовал верой… хотя нет, не верой, Родригес отрёкся только внешне.
Мария: Зато инквизитору и его людям свойственен холодный расчёт. Они отстаивают свою веру и свой уклад, закон и порядок.

Александр: Скорсезе показывает японцев крайне жестокими. Пытки, казни, манипуляции, предательство, слежка. Превратили страну в Гестапо. Он не упоминает при этом восстание христиан, после которого и начались гонения. Инквизитор в результате не вызывает ни малейшего сочувствия.
Мария: Из-за жестокости? Он отстаивал религию своей страны. Европейские инквизиторы были не менее жестокими.
Татьяна: Христианами в Японии становились прежде всего беднейшие. У них не было надежды на лучшую жизнь.
Александр: Но богатые христиане тоже были, просто богатство возрастало к центру страны. Христиане на островах и на дальней юго-западной окраине выжили в основном из-за труднодоступности. Разреженное население, бедность. Невнимание властей. Их же были сотни тысяч (эта цифра упомянута Родригесом в фильме, и она достоверна).
Татьяна: Христианство распространялось, потому что оно предлагало людям революционные на тот момент ценности. Люди начинали ощущать себя людьми. Ничто прежде не давало им этого чувства. А состоятельные люди переметнулись из-за потери веры в правящий класс.
Мария: Они наконец-то почувствовали внимание к себе. Это трогательный момент. Пожалуй, единственный. А вот было бы их побольше…
Татьяна: Да, это очень человечный момент.
Мария: Очень тонкий и очень христианский.
Татьяна: Акценты всё же были не на взаимодействии людей, а на отношениях Бога и человека. Отсюда недостаток теплоты.

Александр: А что насчёт предателя? Кичиджиро?
Мария: Он грешил и каялся. Понял основной принцип. Что на самом деле можно всё.
Татьяна: Этот Кичиджиро просек фишку. Очень современный персонаж.
Александр: Зал смеялся при его четвёртом появлении — пожалуй, с ним связаны все комичные моменты «Молчания». Но в то же время в финале Кичиджиро и Родригес меняются ролями. Кичиджиро, предавая многократно, сохраняет некую веру. А Родригес остаётся пустой оболочкой после того, как слышит «Глас Господа».
Мария: Родригес как был гордецом, так и остался. Хотел стать святым, но не получилось.
Татьяна: У Гарфилда психофизика такая. У него лицо гордеца, он подавляет своего персонажа.
Александр: Гарфилд и нужен был, чтобы воплотить наивность, детское начало. Добродушие и непосредственность. Вы не думаете, что если б Эндрю Гарфилда и Адама Драйвера поменять местами, фильм бы стал убедительнее?
Татьяна: Возможно. Драйвер теплее.
Александр: Кстати, Драйвер довольно равнодушно отзывался об этом фильме. Сейчас попробую найти, где это было.

Майкл О’Салливан: Ваш отчим — проповедник, и вы выросли в баптистской вере. Как смена ваших религиозных взглядов сказалась на вашей работе в “Молчании”?

Адам Драйвер: В отличии от поэзии, Библию я знаю отлично — знакомы мне и сомнения о вере, чувство вины за эти сомнения. Но я не религиозный человек. Я вырос в религиозной семье, но не стал верующим. Не осуждаю тех, кто верит, потому что религия приносит в мир добро. Во всяком случае, может приносить. Для меня религия в “Молчании” как поэзия в “Патерсоне”. То и другое может стать заменой любого жизненного пути, который вы выбираете. — Washington Post, 29 декабря 2016 года

Часть третья: Смирение

Татьяна: Кстати, когда Бог заговорил реально с Родригесом, я испытала разочарование.
Мария: Да, унылый прием.
Татьяна: Тот же эффект, что и с Волан-де-Мортом. Когда о нем только говорили, он был страшен. Когда появился — стал смешным. Говорящий Бог недоумение вызвал.
Александр: Да, я очень ждал, что Бог всё-таки останется молчаливым. А так — слишком громко.
Мария: Выходит, Родригес выполнял волю Господню?
Татьяна: Да, он получил от Бога разрешение предать и отречься. И Бог разрешил. Человеческий выбор — это то, что Господь дал людям. А Родригес ничего не выбрал. Если бы Бог молчал, а Родригес выбрал бы сам, это был бы разрыв. Я реально не дышала до тех пор, пока боженька не заговорил. Слили сильный момент.
Александр: Христиане шли на предательство ради Родригеса неохотно, даже если он им разрешал. Или они не считали, что Господь говорит его устами?..
Татьяна: Потому что они в рай хотели. Им его разрешение не сдалось. Потому и неохотно.

Александр: Какие у вас ощущения от середины фильма, где Родригес сталкивается с инквизитором и Феррейрой? Мне они показались самыми полновесными, несмотря на отсутствие действия, путешествий и знаковых событий. Я ждал появления Феррейры, не понимал, что с ним произошло.
Татьяна: Родригес отчаянно пытался разглядеть, как Феррейру заставили отречься. Не хотел признать, что наставник отрёкся добровольно.
Александр: И всё же прошло много времени перед тем, как он услышал голос Бога. Он сопротивлялся. И Феррейру выдержал, и инквизитора, и пытки христиан, и Кичиджиро. А голос — уже нет. Но это же его внутренний голос…
Татьяна: Неясно — внутренний или нет.
Мария: Конечно, он же верил, что все делает правильно, что попасть к Богу можно только через страдание и мученичество. А голос явно не внутренний. Иначе он был услышал его уже сотню раз.
Александр: Но это был критический момент. И он этого голоса отчаянно ждал.
Татьяна: И дождался.
Александр: Если это голос Бога — и если Родригес считал этот голос голосом Бога — то как случилось, что он дальше вёл такую опустошённую жизнь? Почему воля Бога достала из него душу?
Татьяна: Я бы не сказала, что он опустошён. Была тоска. Он хотел своей первоначальной чистоты. А жить в чистоте душевной уже не мог.
Мария: Он продолжал тихо верить. Принять мученичество — подвиг. Родригес на него не пошёл, но меньшим мучеником от этого не стал.
Татьяна: Есть некая корреляция с Христом. Тот себя отдал ради людей. Родригес тоже отдал. Не тело, правда, душу.
Мария: И это делает его более человечным и понятным, но катарсиса я не испытала, мне как раз показалось, что осталась у него некая неудовлетворенность. Он себя в жертву не принес, как ни старался. А веру не утратил, чтобы замаливать грех и тем самым обеспечить себе место в раю. Но, может, это мой цинизм говорит!
Александр: Он многократно повторял отречение. Искал христианские поделки в товарах голландских купцов. Он, может, даже не продолжал «верить тихо», судя по столкновению последнему с Кичиджиро.
Татьяна: Он должен был притворяться. Жил, будто не верит, но продолжал верить. Это был его крест. Жертва. Он и жену свою обратил, она же ему крестик сунула в погребальную бочку. То есть проповедовал потихоньку.
Александр: Но это разве не пустота? Зачем он вообще жил?
Татьяна: Это и есть христианское смирение. Он смирился, потому что Богу так надо было. Бог попросил. Родригесу было тяжело как человеку, и он здесь больший герой, чем Гаррпе. Гаррпе умер — и всё; а этот бедняга мучился.
Александр: А где допустимая грань такого смирения? Что нельзя совершать в такой ситуации? Если бы от него потребовали убийства христиан, он бы это сделал — гипотетически?
Татьяна: Зачем задавать такой вопрос? Не потребовали же. И вопрос в личности Бога. Господь всемилостив.
Александр: Но предательство символа веры разве не грех? Супружество для человека, который дал обет о том, чтобы не вступать в брак.
Татьяна: Тут два греха на весах — символ и жизнь человеческая. Бог сказал, что жизнь дороже, чем символ. Христианство ведь изначально на спасение людей направлено, а не на поклонение чему-то или кому-то. То же и про супружество можно сказать. Это задание Бога.

Молчание Скорсезе кадры

Conclusão

Мария: Саша, подводи итоги!
Александр: Было более хаотично, чем я предполагал, но тем интереснее! Не представляю, как это собрать в один пост.
Мария: Думаю, чтобы было не так хаотично, надо было тебе быть полноценным интервьюером. Задавать вопросы конкретные.
Александр: В следующий раз попробую быть интервьюером. Или гласом Господа. А что касается фильма… я не воспринял его как художественное откровение, но тема любопытная и противоречивая.
Мария: Фильм сложный, нужный (кто в наше время снимает о Боге?), но не шедевр. У меня перед глазами «Слово» Дрейера — как идеальный способ говорить о Боге без морализаторства и пафоса. В «Молчании» того и другого слишком много.

Притяжение

«Притяжение», Фёдор Бондарчук, 2017

В сорока семи световых годах от Земли обитает цивилизация, полная зелени, гибких форм и живой воды, способной течь снизу вверх; корабль, созданный её обитателями, попадает в метеоритный поток недалеко от Земли, теряет маскировку и входит в земную атмосферу. Страну для приземления гости выбрали неправильно. Корабль сбивают отечественные истребители, и он падает прямиком на Чертаново.

Притяжение кадры

Бондарчук черпает штампы об инопланетном вторжении из десятков голливудских первоисточников: большая штуковина падает на Землю, вокруг неё летают самолёты и вертолёты, суровые военные, которым лишь бы жахнуть, обустраивают кордон. Придумывать ничего не надо, и перенос концепции на российскую почву был делом денег и времени. Денег хватило: разрушение панельных домов инопланетным кораблём — давно такого ждал! — нарисовано неплохо. Но по-настоящему чувствуешь Россию только тогда, когда появляется ОМОН, который месит людей дубинками ровно так же, как на Болотной площади.

Притяжение кадры

Середина фильма снята как длинная реклама чипсов Lays: она наполнена примитивными сценам и аляповатыми диалогами, которые актёры (особенно Олег Меньшиков) произносят с видимым отвращением. «Молодёжные шутки про соцсети» не вызывают смеха, попытки изобразить «Форсаж» в дворовом гараже — вызывают, и уж совсем уморительно смотрится slow motion, который здесь, как и 3D, совсем не нужен. Герои гуляют по бесконечным военным штабам, смотрят выпуски новостей и объясняют друг другу то, что зрителям давно понятно. В дальнейшем военный антураж сменяется пепельным апокалипсисом московской подворотни, где районная гопота готовят едва ли не государственный, судя по масштабам замысла, переворот.

А финальная часть демонстрирует, что начало мы терпели не зря. Появляется и нормальная драматургия, и хорошие боевые сцены, и неожиданно трогательный и осмысленный финал. У Бондарчука среди невразумительных сцен попадаются такие, которые иначе как шедеврами не назовёшь: чего стоит наблюдение за летящей сферой из окна электрички! «Притяжение» полно фальши, плохо срублено, но местами смотрится эффектно и обаятельно; не совсем ясно, почему, но оно работает. Забываешь про чипсы, лайки и репосты и боишься за героев, как за родных.

6,5/10

Притяжение кадры

Свет в океане

Свет в океане (The Light Between Oceans), США, Австралия, 2016

Дерек Сиенфрэнс, автор «Места под соснами» и «Валентинки» (Blue Valentine), двух неплохих фильмов с Райаном Гослингом, снимает строгую и размеренную историческую мелодраму. Cценарий он пишет сам на основе дебютного романа М. Л. Стедман, а после съёмок целый год монтирует фильм. Получившееся произведение растянулось почти на два с половиной часа; его немного сократили для релиза в кинотеатрах, но на ощущении это не сказалось. «Свет в океане» воспринимается как очень долгое произведение — и таким было задумано.

Свет в океане кадры

Сиенфрэнс снимал в необычных локациях — на Тасмании и в отдалённых уголках Новой Зеландии, и спокойную красоту природы ему удалось передать безупречно. В качестве оператора он выбрал австралийца Адама Аркапоу, который снимал «Макбет» и «Кредо убийцы» Джастина Курзеля, а также сериалы True Detective и Top of the Lake. Top of the Lake («Вершина озера») Джейн Чемпион, триллер о консервативных нравах Южного острова Новой Зеландии, отчасти напоминает «Свет» местом действия и медлительностью, но там за сдержанностью скрывалась тяжёлая и напряжённая драма.

У Сиенфрэнса драматизма не так много. В «Свете» всё предельно просто — секс только для деторождения, любовь лишь для того, чтобы пожертвовать всем ради любимых. Алисия Викандер на первой же встрече смотрит на Майкла Фассбендера такими глазами, что лучше бы сразу разделась. Разумеется, необходима свадьба, которая не замедлила последовать. К середине фильма с помощью серии чудес проясняется конфликт, который неспешно разрешается с помощью здравого смысла (и очередной толики чудес).

Свет в океане кадры

Сиенфрэнсу надо было растянуть историю, рассказ которой мог занять полчаса, на два с лишним; всё это время занято пейзажами, крупными планами лиц героев и — главное — чтением вслух многочисленных писем. В конце влюблённых буквально растворяют в цветах заката, как святых. Надо обладать необычным складом ума, а может быть, даже жить в темпе фильма, чтобы верно воспринять происходящее. Если целью режиссёра было показать, насколько отличалось восприятие времени сто лет назад и сейчас, то в этом он преуспел. Но для насыщенности и интереса одной психологической достоверности всё же недостаточно.ки

4/10

Викинг

«Викинг», Алексей Кравчук, Россия, 2016

Русью правят трое братьев-рюриковичей, но лучше всех дела идут у младшего, Владимира Святославовича. Когда средний брат Олег погиб, Владимир решил отсидеться на севере, а затем вернулся на родину с варяжской дружиной и принялся совершать подвиги. То город захватит и изнасилует дочь местного князя (а затем убьёт князя с супружницей). То старшего братца на мечи поднимет. Славный был князь Владимир, не зря у Боровицких ворот Кремля ему поставили гигантский памятник.

Викинг 2016 кадры

Данила Козловский играет светлейшего со свойственным ему благодушным спокойствием: он произносит фразу «Будешь женой моей. Буду тебя любить» (после изнасилования) с той же интонацией, с которой попросил бы в ресторане добавку мороженого. Хладнокровие выдаёт в нём храброго человека, но цель, к которой стремился режиссёр Андрей Кравчук, этим не исчерпывается.

Показывая путь Владимира от трусости и морального уродства к свету православной веры, Кравчук вторгается на тонкий лёд языческих и христианских чудодействий. Язычество у режиссёра получилось похожим на современное российское православие: мрачное, гнетущее, бескомпромиссное, готовое уничтожить каждого за «оскорблённые чувства». Оттеняет впечатление только верховный волхв в чудном исполнении Антона Адасинского, звезды сокуровского «Фауста», который напоминает современного художника Павленского.

Зато христианство в «Викинге» носит яркие одежды осовремененного хиппарского язычества: поляк Павел Делонг в роли греческого монаха Анастаса похож на восточного гуру, а византийская знать напоминает участников выставки цветных халатов. Церемония крещения на берегу Киева похожа на восторженный языческий праздник. Деликатно-христианским получился лишь сам Владимир, который в финальных кадрах напоминает едва ли не нового Иисуса: немного согрешившего с тремястами наложницами, но всё-таки святого человека.

Викинг 2016 кадры

История про трёхсот наложниц Владимира Красно Солнышко — единственное прегрешение князя, которое Кравчук решил не экранизировать. В остальном житие получилось жестоким (у фильма две версии, я видел ту, что 18+) и морально амбивалентным. Неплохо, но художественные качества «Викинга» не поспевают за прогрессивной начинкой. Снятый студией «Тритэ» Никиты Михалкова, этот фильм тянется почти два с половиной часа и состоит из тягучих диалогов, перемежаемых случайным жестоким насилием. По таким канонам сняты последние две части «Утомлённых солнцем», но там, где у Михалкова случались светлые моменты интересной режиссуры, у Кравчука нет вовсе ничего. «Викинг» — самый утомительный фильм на свете, жуткая метафора современной российской жизни, где к нескончаемой давящей скуке то и дело примешивается ложка напрасно пролитой крови: хочется отвернуться и проверить ленту твиттера, но заголовки жутких новостей всё равно возвращают к реальности.Тематический парк, открытый в Крыму (где проходили съёмки) по мотивам фильма, только дополняет впечатление. «Викинг» — не только самое ужасное, но и самое концептуальное российское кино последних лет, потому что оно насквозь правдиво.

3/10

Викинг 2016 кадры

Пассажиры

«Пассажиры» (Passengers), Мортен Тильдум, 2016

Простой деревенский механик Джим (Крис Пратт) просыпается на борту межзвёздного лайнера «Авалон» и вскоре узнаёт, что из пяти тысяч пассажиров бодрствует лишь он один, а до пункта назначения — девяносто лет пути. Он объедается фаст-фудом для пассажиров эконом-класса, отращивает бороду и предаётся отчаянию; но его жизнь меняется, когда в одной из капсул криосна он замечает писательницу по имени Аврора (Дженнифер Лоуренс). Лёгкие уколы совести не мешают одинокому Джиму разбудить Аврору и заесть печаль хорошим завтраком: писательница путешествует классом повыше.

Пассажиры кадры

«Пассажиры» основаны на сценарии, написанном Джоном Спэйтсом ещё в 2007 году. Первая версия фильма, в которой могли сняться Киану Ривз и Эмили Блант, так и не появилась на экранах. За обновлённую редакцию с участием Криса Пратта взялся норвежец Мортен Тильдум, запомнившийся «Игрой в имитацию» (2014). Многообещающий сценарий, неплохой режиссёр, к тому же космический сеттинг и большой бюджет, — что могло пойти не так? Да, завязка проста, как две копейки, но межзвёздная порнушка с катастрофой в финале — не худший жанр на свете.

Оказывается, что механик — скорее не герой порнофильма, а воплощение мечты застенчивого подростка, ни разу не видевшего женскую грудь. Он оказывается на космическом корабле в полном одиночестве, а затем выбирает из пары тысяч спящих женщин ту, у которой самые красивые губы и самые гладкие ноги. Он оживляет её и подглядывает, как она купается в бассейне. Он для неё — буквально единственный мужчина на свете. К тому же он больше похож не на застенчивого подростка, а на Криса Пратта, пусть и в скучнейшей на свете роли. Переспать, нельзя не переспать.

Пассажиры кадры

Джим не спешит и долгие месяцы не решается позвать Аврору на свидание. Проклятое чувство вины — единственное, что Пратт может сыграть в этом фильме (и играет, надо сказать, с успехом). Чтобы поныть, утолить похоть и вкусно поесть, он лишает её шанса воплотить мечту о далёких мирах. Затем, когда Аврора обо всём узнаёт, Джим достаёт её по громкой связи, от которой негде укрыться. Так ведёт себя озабоченный подросток, который не только звонит и строчит сообщения, не только выводит мольбы о прощении мелом на асфальте, но ещё и выжигает их зажигалкой на двери дома своей возлюбленной (и, возможно, на спине соседского кота).

Снять фильм о том, как насильник и косвенный убийца случайно искупает свою вину, — дело любопытное, только вменяемый сюжет бы здесь не помешал. История, которую много раз меняли (пересъёмки продолжались до октября нынешнего года), отличается обилием дыр и нестыковок. Корабль, который эффектно смотрится снаружи, изнутри соткан из разрозненных кусков-съёмочных павильонов, лишённых атмосферы и характера. Неплохая музыка Томаса Ньюмана («Побег из Шоушенка», «007: Скайфолл») местами напоминает мелодии Жана Мишеля Жарра, а на Дженнифер Лоуренс в бассейне приятно смотреть. Всё остальное в этом фильме — пусто, как межзвёздный вакуум.

3/10

Пассажиры кадры

Rogue One

«Изгой-один. Звёздные войны: Истории» (Rogue One: A Star Wars Story), Гарет Эдвардс, 2016

Имперский адмирал Кренник (Бен Мендельсон) прилетает на глухую каменистую планету, чтобы разобраться с Галеном Эрсо (Мадс Миккенльсен) — конструктором тайного оружия Империи, который решил дезертировать в самый ответственный момент. Империи не помешал бы заложник, ведь Гален незаменим; но его дочь Джин уходит от преследования и наблюдает, как отца увозят обратно строить небесную крепость — Звезду Смерти. Через много лет Джин попадёт к повстанцам: с её помощью они собираются добраться до конструктора и помешать Империи создать неуязвимое оружие.

Изгой Один кадры Rogue One stills

Если зрителю, не знакомому с историей «Звёздных войн», показать все восемь фильмов в хронологической последовательности, он едва ли скажет, что «Изгой Один» — спин-офф, а не часть основной серии. Бой на планете Скариф, которому посвящено заключение нового фильма, по масштабам превосходит почти все сражения из «Звёздных войн», если не считать грандиозный третий эпизод («Месть ситхов», 2005). Седьмой эпизод Джей Джей Абрамса, вышедший год назад, в сравнении с фильмом Гарета Эдвардса смотрится блекло, как нелюбимый родной сын рядом с любимым усыновлённым.

В распоряжении Эдвардса была целая вселенная, и он умело распорядился множеством хорошо продуманных мелочей. Зрители, не знакомые со «Звёздными войнами», едва ли поймут все хитросплетения технологий, политики и Силы. Для того, чтобы поверить в реальность фантастического мира, глубоких знаний не требуется: дизайн каждой панели управления впечатляет не меньше, чем устройство громадных кораблей и станций. Зато те, кто видел хотя бы одну из прошлых серий, встретят множество знакомых деталей. Немалая часть фильма посвящена эксплуатации ностальгии фанатов: кадры пилотов истребителей взяты прямиком из четвёртого эпизода, к тому же Эдвардс использовал цифровую голову гранд-моффа Таркина, — сомнительное, но эффектное решение.

Изгой Один кадры Rogue One stills

«Звёздные войны» притягивают не только масштабами, спецэффектами и технологиями, но знакомыми персонажами. Главные герои Эдвардса — новички во вселенной Star Wars, и неудивительно, что именно за них фильм в основном и критикуют. На раскрытие характеров главных героев у Джорджа Лукаса уходили целые трилогии. Эдвардс делает всё, что в его силах, но двух часов для того, чтобы проникнуться сочувствием к героям-повстанцам, всё же недостаточно. Главные действующие лица Rogue One воспринимаются как герои второго плана в другой, более масштабной истории. Фелисити Джонс (взрослая Джин) играет убедительнее Дэйзи Ридли (Рэй из седьмого эпизода), но их роли несопоставимы хотя бы потому, что Джин не связана с главными героями космооперы Лукаса семейными узами.

И всё же фильм у Эдвардса получился превосходный: динамичный, живой, непредсказуемый, простой, но в то же время достаточно сложный, чтобы с интересом следить за поворотами сюжета. Стилистика его близка к фильмам первой трилогии (эпизоды IV-VI): выпуклые экраны и кнопочные интерфейсы напоминают о семидесятых, повстанческие базы выглядят как партизанские укрытия, да и в сюжете есть отголоски историй о движении сопротивления времён Второй Мировой. Зато «имперская» часть Rogue One бюрократична и напоминает вовсе не старую трилогию, а приквелы, где было меньше героизма и больше политики.

Изгой Один кадры Rogue One stills

Снимать кино о власти очень сложно — Лукас в приквелах пытался сделать именно это и добился лучшего в своём роде результата (а заодно вызвал ненависть поклонников — после битвы на Хоте дебаты в Галактическом Сенате смотрятся особенно занудно). Эдвардс снимает Империю в стиле приквелов не из-за традиций, от которых Disney сейчас старается дистанцироваться. У него просто нет выбора. Здесь появляются и долгие диалоги, и статичные планы, и глянцевые декорации, больше того, — Дарт Вейдер становится похож на Анакина, и даже момент его механистичной, долгой, сосредоточенной ярости напоминает эпизод отмщения за мать в «Атаке клонов» (2002).

Rogue One действительно образует мостик между «новой» и «старой» трилогией — ведь в старой мы почти ничего не узнаём о том, что представляет из себя Империя, кроме того, что она строит «Звёзды Смерти» и жаждет расправы над повстанцами. Провалы в знаниях о мире восполнены литературой, но седьмой эпизод Джей Джей Абрамса не учитывает полуофициальных дополнений. Попытка вновь удалить из Star Wars политику — создать «Первый орден», туманную злодейскую организацию с неограниченными ресурсами, — получилась неубедительной. Авторы восьмого и девятого эпизода могут исправить положение, но ожидания фанатов слишком значимы, а Disney не любит рисковать. Создатели спин-оффов «Звёздных войн», учитывая кассовый успех Rogue One, могут свободнее распоряжаться законами далёкой галактики. Эта свобода — главное завоевание повстанцев Гарета Эдвардса.

9/10

Изгой Один кадры Rogue One stills

Хороший мальчик

«Хороший мальчик», Оксана Карас, Россия, 2016

Старшеклассник Коля Смирнов (Семён Трескунов) растёт в эксцентричной семье. Его отец — изменённый до неузнаваемости Константин Хабенский, который торгует пищевыми добавками и предпочитает спать раз в двое суток. Мама и брат безнадёжно испорчены режимом (дня), и Колина бунтарская натура им чужда. Зато школа у героя — загляденье: на уроках физкультуры спортивные игры проходят параллельно с современным танцем, а учительница английского Алиса Денисовна (Иева Андреевайте) не просто соблазнительна, а умна и темпераментна. Всё бы хорошо, но кто поджёг компьютерный класс, на который так старательно собирал деньги директор (Михаил Ефремов)?

Хороший мальчик кадры

Оксана Карас сняла свою вторую полнометражку в жанре житейской драмы, где комичное сочетается с абсурдным, а порой даже с мистическим. Для школьной истории — оригинальный и, как выяснилось, правильный выбор. Вдобавок к остроумию авторов отличает редкое чувство вкуса, а морализаторства, наоборот, нет и в помине. Правда, не все сюжетные линии удались сценаристам одинаково удачно: без детективного элемента, сверхъестественных причуд и пакетов с деньгами «Хороший мальчик» стал бы ещё лучше. Если, конечно, не считать диковинные события из середины фильма безумным сном Коли. Ведь не мог же Смирнов действительно повторить подвиги Розенкранца и Гильденстерна из одноимённой пьесы Стоппарда. И куда всё-таки делись деньги?

Хороший мальчик кадры

В «Ученике» Кирилла Серебренникова школа отличалась тем, что в ней разместили гигантский олимпийский бассейн, необходимый для демонстрации девушек в бикини. Остальная часть школы Серебренникова — дремучий вертеп, запертый в старонемецком здании. У Карас школа едва ли не идеальна: учителя интеллигентны, ученики реалистичны и вместо неловкости (что часто бывает, когда взрослые изо всей силы пытаются изображать детей) вызывают чувство ностальгии. С телесностью у «Хорошего мальчика» всё в порядке и без бассейна: место бикини заняли хорошо скроенные танцевальные костюмы, но вопреки грубой религиозной скабрезности «Ученика» Карас делает своих героев-девушек умными, пластичными и привлекательными. Происходящее на экране легко упрекнуть в нереалистичности хотя бы из-за страсти персонажей к спонтанным танцевальным номерам. Но так даже веселее. А за веселье этому фильму всё можно простить.

Хороший мальчик кадры

Карас и её оператор Сюзанна Мусаева, кроме того, сумели непостижимо красиво снять Москву, да так, что Москва не бросается в глаза. Съёмки проходили на северо-западе, в Тушине и в Филях: кадры с Москвой-рекой божественны, окраинные скверы в весенне-летних цветах смотрятся свежо и оригинально, как будто знакомый город открылся в новом свете. В Москве «Хорошего мальчика» несложно представить совершенную школу, где дети танцуют, учителя влюбляются, а родители точно знают, когда прийти на помощь. Не поверить в такую иллюзию — преступление, тем более что создатели фильма предельно честны. Счастье переменчиво, от разочарований не скрыться: но и незачем, так даже интереснее.

8,5/10

Хороший мальчик кадры

28 панфиловцев

«28 панфиловцев», Ким Дружинин и Андрей Шальопа, Россия, 2016

Если бы споры о том, настоящим был подвиг панфиловцев или нет, не разгорелись с новой силой, их следовало бы придумать продюсерам фильма. Нет ничего лучше для раскрутки, чем скандал с привлечением чиновников, учёных и общественности. Если доверять свидетельствам, то дело обстоит так: 316-я стрелковая дивизия во главе с Панфиловым действительно сражалась под Волоколамском, и её подразделения 16 ноября 1941 года действительно героически держали оборону против немцев. Но история про 28 человек, остановивших крупномасштабное наступление, а также все связанные с ней поэтические подробности выдуманы сотрудниками газеты «Красная звезда» по мотивам репортажей с мест событий.

850_6_d_850

К художественной ценности фильма эти обстоятельства не имеют никакого отношения. Приукрасить события, которые происходили на самом деле, для художественного кино — не преступление, а необходимость.

«28 панфиловцев» — история одного боя даже в большей степени, чем «300 спартанцев» Снайдера. Фильм сконцентрирован на длинной сцене схватки панфиловцев с немецкой армией. Сражение показано во всех деталях и ракурсах, начиная от карт и заканчивая подробностями гибели едва ли не каждого участника сражения. Хроникальная точность, скрупулёзный счёт потерь, относительно достоверные кадры поражения техники, — всё это делает честь авторам. К деталям вроде формы (включая немецкую), оружия и танков режиссёры Ким Дружинин и Андрей Шальопа подошли с должным вниманием. Техническую достоверность, правда, обесценивает игровой характер некоторых эпизодов (Gaijin Entertainment не зря появляется в титрах), — советские солдаты практически неуязвимы, а немцев косят пулями, как болванчиков из компьютерной игры; лишь некоторые из них проявляют зачатки интеллекта. «Умный» немецкий танк визуально отличается от обычных, как и положено боссу из 3D-шутера.

599833

«Советское» авторы демонстративно заменяют на «русское». 316-я дивизия была сформирована в Алма-Ате, и многие из бойцов были выходцами из Казахстана, так что лейтмотив межнационального единения на русской почве присутствует едва ли не в каждом втором кадре. В начале ленты персонажи рассказывают мелодраматичные байки и произносят пафосные речи наподобие «Родина — это место, где живут. А Отечество — то, как живут». Правда, после боя диалоги из первой половины фильма практически забываются, и у создателей хватает такта не повторяться: речевой пафос сменяется визуальным, и смотрится это достойнее.

Забываются, увы, и погибшие герои. Никакой глубиной и индивидуальностью авторы их не наделяют: исключение — украинец, который то и дело перескакивает с русского на мову и говорит с выраженным акцентом. За единственным ярким образом остальные панфиловцы становятся героической массовкой. Один молчаливый герой есть и на немецкой стороне — педантичный артиллерист в круглых очках, который наводит вражеские батареи. Эта педантичность во многом определяет характер всего фильма. У Дружинина и Шальопы получилась не киноповесть, а технологичное произведение о войне, — эффектное, красивое, но почти лишённое эмоциональных моментов. По меркам современного патриотичного кино — далеко не худший результат.

4/10

28-05

С производственной точки зрения «28 панфиловцев» удивляют методами финансирования: деньги на него собирали через краудфандинг, оно позиционируется как «народное» кино, и авторы характеризуют первоначальный сценарий как «постмодернистский». Позже сценарий принял более спокойные и классические формы, став «повестью о войне». Остаётся вопрос: зачем собирать по всей стране деньги на кино, которое бы с радостью профинансировало (и действительно профинансировало) Министерство культуры, Фонд кино и другие государственные фонды?

Поезд в Пусан

Биржевой управляющий Сок Ву вместе с дочерью Су Ан отправляется на поезде из Сеула в Пусан (с севера на юго-восток Южной Кореи). Тем временем в стране начинается зомби-апокалипсис, ходячие мертвецы кушают людей, занимают города и постепенно пожирают пассажиров поезда, которые наивно надеются на помощь извне.

Поезд в Пусан кадры

«Поезд в Пусан» впервые показали у нас месяц назад на кинорынке Кинопоиска, и российский прокатчик представил его как один из самых успешных азиатских фильмов в мировом прокате: так это кино сейчас и рекламируют. Но забывают предупредить, что азиатский прокат — штука специфическая, и кино, даже массовое, там снимают по несколько иным законам, чем на западе. Аудитория большого зала «Октября» во второй половине просмотра была не в силах сдерживать смех. Закономерная плата за нелепость в маске античной трагедии.

Режиссёр Ён Сан-хо прежде занимался анимацией, и «Поезд» — его первый игровой фильм. Герои фильма просты и колоритны, они похожи на анимационных персонажей, но не в лучшем смысле: склонны к истерикам и карикатурным жестам, демонстративно не замечают грозящую им опасность и умирают настолько по-идиотски, что к концу смотреть на это уже не страшно, а весело. Ничего смешного авторы в виду не имели: весь фильм выполнен в серьёзном, патетическом ключе, а несколько шуток буквально заперты в туалетных кабинках. Странная фиксация режиссёра на туалетах — видимо, ещё одна особенность, к которой зрителям предстоит привыкнуть.

Поезд в Пусан кадры

Попытки сравнивать «Поезд в Пусан» с триллером «Сквозь снег» (Snowpiercer, 2013) Пона Джун-хо не слишком убедительны. В Snowpiercer поезд проезжает вокруг Земли по путям длиной в пятьдесят тысяч километров, а Сеул от Пусана отделяет всего двести. Качество фильмов тоже соотносится в пропорции 250 к 1; «Пусан» в сравнении выглядит неряшливой любительской постановкой, студенческим фильмом, приправленным плохо нарисованными спецэффектами. Его стоит смотреть только в том случае, если вы любите подобное кино и знаете, чего от него ждать. В иной ситуации лучше пересмотрите Snowpiercer. Он прекрасен.

3/10

Поезд в Пусан кадры

Аноним (Anonymous)

«Аноним» (Anonymous), Роланд Эммерих, 2011

Был ли Уильям Шекспир автором приписываемых ему произведений? Как мог необразованный сын сапожника из провинциального Стратфорда-на-Эйвоне написать величайшие пьесы в истории? Почему не сохранилось ни одной рукописи? Как человек, который ни разу не был за пределами Британии, столь правдоподобно описал античные города и природу Италии? Споры об авторстве шекспировского наследия не утихают уже полтора столетия. Новейшие исследования не подтверждают мнения скептиков, но у теорий об авторстве Фрэнсиса Бэкона, Кристофера Марло и Эдуарда де Вера, графа Оксфорда, остаётся множество сторонников.

Наибольшей популярностью сейчас пользуется «оксфордианская» версия, и именно её взял в основу своего сценария Джон Орлофф. Режиссёр Роланд Эммерих, известный прежде всего фантастическими блокбастерами («День Независимости», «Годзилла», «Послезавтра»), превратил сюжет Орлоффа в приключенческую историю с несколькими временными пластами. Работа над проектом велась почти десятилетие, но съёмки начались лишь в 2010 году, когда появились технологии, позволившие при относительно небольшом ($40 млн) бюджете воплотить на экране костюмы и декорации елизаветинской Англии, а заодно добавить так любимые режиссёром масштабные спецэффекты.

Аноним кадры

Действие «Анонима» разделено надвое между миром городской жизни Лондона с шумными улицами, тавернами и театром и миром чопорной дворцовой жизни британской аристократии. Связующим звеном призван служить Бен Джонсон — знаменитый драматург, чью роль не слишком убедительно исполнил Себастьян Арместо. Джонсон входит в кружок драматургов-«елизаветинцев»: здесь и Нэш, и Деккер в трогательном исполнении Роберта Эммса, и даже Кристофер Марло, которого ко времени действия «Анонима» уже не было в живых. Фильм, который заключён прологом и эпилогом в рамки современного театра, расцветает, когда демонстрирует театр прошлого. Эммерих не жалеет сил и экранного времени: в фильме реконструируются первые постановки «Генриха V», «Сна в летнюю ночь», «Ромео и Джульетты», «Двенадцатой ночи», «Юлия Цезаря», «Макбета», «Гамлета» и «Ричарда III». Британский театральный режиссёр Тамара Харви была приглашена для постановки спектаклей на сцене внутри фильма — и превратила их из иллюстративных дополнений в полноценную часть действия. Вместе со сменой настроения с легкомысленного на мрачный меняется и сценография: красочные декорации «Генриха V» преображаются в тёмное и лаконичное окружение «Гамлета».

Аноним кадры

Ко второй половине фильма театральное действие отходит на второй план. Повествование с лондонских улиц переносится в придворные кабинеты и бальные залы. Граф Оксфорд в строгом и благородном исполнении Риса Иванса вынужден публиковать свои пьесы анонимно: королевский советник Уильям Сесил (Дэвид Тьюлис) ненавидит театр. Дворянину непристойно быть автором, и в качестве своего литературного воплощения Оксфорд выбирает Бена Джонсона, но тот по легкомыслию передаёт права на авторство пьес актёру Уильяму Шекспиру, кутиле и пьянице, который не то что стиха сложить не может — вообще не умеет писать. Оксфорд и его недруги плетут интриги вокруг стареющей Елизаветы — Ванесса Редгрейв неестественно бледна, словно живой призрак, — но интриги эти не слишком изобретательны. Попытка совместить настоящее и прошлое множества персонажей, — королевы, её детей, Оксфорда, Сесила, сына Сесила, — обречена на неудачу, и если первое появление Джоэли Ричардсон в роли юной Елизаветы впечатляет, то дальнейшие погружения в прошлое всё больше запутывают и без того слишком сложную историю.

Аноним кадры

То, чего не хватает фильму содержательно, отчасти передано визуально: чувства композиции кадра, света и цветов у Эммериха не отнять. Утренние пейзажи туманных окраин Лондона, рассветное небо, тихие воды Темзы передают ощущение романтичной безмятежности перед грядущей бурей. Широкие планы не стесняются своего компьютерного происхождения и не становятся от этого менее красивыми. Интерьерные сцены в «Анониме» нередко освещены лишь свечами: приём не новый, но цифровые камеры (ARRI ALEXA) позволили наполнить изображение тёплым оранжевым светом, чего не удавалось достичь при съёмке на плёнку.

Эммерих оправдывает исторические несоответствия и неправдоподобные трагические совпадения «Анонима» тем, что Шекспир тоже использовал эти приёмы в своих произведениях. Но если в отношении фактических допущений этот аргумент можно принять, то шекспировские страсти в дворцовых коридорах выглядят неубедительно. В попытке разыграть серьёзную трагическую драму на фоне театральной жизни Эммерих обыгрывает себя сам: его «театр в театре» оказывается реалистичнее, чем тщательно воссозданная историческая реальность. Режиссёр сравнивал завершающую часть фильма, в которой Лондон покрыт снегом, со американской экранизацией «Доктора Живаго», и это сравнение наделено противоречивым смыслом. Эммерих отчасти повторяет ошибки Дэвида Лина: взявшись за сложный материал, он упрощает характеры там, где следовало упрощать историю, и концентрируется на придворных интригах там, где стоило показывать театральные подмостки. «Аноним» можно счесть примером авторского фильма в исполнении режиссёра блокбастеров. Эммерих показал свой личный идеальный мир: лишённый глубокого смысла, но обольстительный, мрачный и дьявольски красивый, полный легкомысленных страстей и смертельно опасных приключений.

8/10

Аноним кадры

Другой мир: Войны крови (Underworld: Blood Wars)

«Другой мир: Войны крови» (Underworld: Blood Wars), Анна Ферстер, США, 2016

Много столетий идёт война между вампирами и оборотнями, и на Селену (Кейт Бекинсейл) ополчились обе стороны. Её дочь Ева — гибрид кровососов и волков — исчезла, и даже мать не знает, где она находится. Тем временем главный оборотень Мариус (Тобайас Мензис) собирает полчища ликанов на железнодорожных станциях. Пришло время очистить поезда от вампиров-безбилетников.

Другой мир Войны крови кадры

Решение режиссёра Анны Ферстер взять за основу фильма сценарий, написанный колонией одноклеточных организмов, полностью оправдало себя. Сюжет удачно сочетается с постановочными решениями: главные герои большую часть времени стоят друг напротив друга и произносят наборы объяснительных реплик, а на их фоне ликаны и вампиры нашпиговывают друг друга сотнями пуль. Интригующее зрелище, если учесть, что огнестрельное оружие не наносит ни тем, ни другим ни малейшего вреда.

В новом «Другом мире» просто не на что смотреть, если не считать нескольких панорамных сцен. Это удивительно: Ферстер — хороший кинооператор, она работала у Роланда Эммериха на «Анониме», а оператор «Войн крови» Линденлауб снимал для Эммериха его главные хиты вроде «Дня независимости» и «Звёздных врат». С таким составом от происходящего можно было ожидать по меньшей мере визуальной красоты: но нет, первые два фильма серии Underworld, которые снял Лен Уайзман пятнадцать лет назад, выглядят неизмеримо лучше. Парадокс, но кадры из первых частей, которые показывают в начале «Войн крови», по качеству превосходят весь остальной фильм. После этих кадров из кинотеатра смело можно уходить. К тому же фильм у нас показывают только в 3D, которое мучительно плохо натянуто на чёрно-синюю картинку. А в Америке релиз вообще отложили на следующий год: провал в прокате предрешён заранее.

0,5/10

Другой мир Войны крови кадры