На полновесные фотоотчёты времени (и фотографий) найдётся ещё нескоро, да и не ставлю я себе цели сейчас много снимать или узнавать. Буду выкладывать отдельные снимки.
Вот так, например, выглядит Лос-Анджелес из самолёта. Над небоскрёбами белой линией видна та-самая надпись. Hollywood.
Прародина пафоса и всего пафосного — город Пафос — находится на юго-западе Кипра. Где-то рядом расположилось место рождения Афродиты из пен морских (но мне это было не слишком интересно, не люблю утопленниц, тем более восставших из мёртвых). Сам же городок — городом назвать язык не поворачивается — вполне обыкновенный и совсем не-пафосный. Кое-что интересное, впрочем, удалось отыскать. Музеи, например, но там я не фотографирую и ничего не покажу.
Начну снова с Лимассола: на Кипре тоже не без оппозиции и экстремистов разных. Они размалевали административное здание (точно что-то важное и общегородское, но какое — не скажу с ходу. Мэрия, допустим) лозунгами-граффити и плакатов в довесок понавешали.
Я уже в процессе нового путешествия, а кипрские фото за хлопотами благополучно забылись. Навёрстываю упущенное. Описательной части в этот раз практически не будет, да и описания заслуживает немногое. Пляжный отдых с вариациями. Смотрите картинки!
Нынешний пост — про день поездки в Курион, центр древного города-государства недалеко от Лимассола. Пара часов автобусной езды — и за небольшую мзду всех желающих пускают в довольно впечатляющее собрание древностей.
Курион расположен на части территории Кипра (немаленькой), отнесённой к британским военным базам. Что интересно, британские военные используют евро в качестве валюты только на Кипре (с 2008-го).
Знакомьтесь: это Agriope Lobata, широко распространённый в Африке и южной Азии паук. Самцы этого вида очень малы, не больше 6 мм длиной, а самки достигают 2,5 см в длину, а с ногами так и вовсе размером со скромный женский кулак. Собственно, такая самка попалась (не в руки — к счастью для неё, банок с собой не было) на холме, где раскапывали Аматус.
Глядя на неё, очевидно, что своих самцов она вправе есть заживо: то же чувство иногда бывает и с людьми, но ему лучше не поддаваться.
Море — мягкая, рельефная субстанция, поверхность которой отделяет ясно видимую часть тебя от смутно видимой. Море блестит на солнце сатиновым блеском. Море обладает внечеловеческой, безбрежной сексуальностью.
Я залезал в глубокую воду впервые лет за 13, за исключением того эпизода в бассейне на первом курсе МГУ, где я чуть не утонул в конце и меня вылавливали шестом. Но плавание в море далось очень легко, в бассейне плавать сложнее. А вот то, с чем я не мог никак смириться — это то, что дно не совсем видно, и что хочется на него посмотреть. Один раз я опустился в воду с широко раскрытыми глазами, чтобы посмотреть, что внутри. Но было больно и невесело.
Меры позже были приняты, но гуляния по Лимассолу продолжались: теперь были охвачены кое-какие окрестности. Маршруты автобусов постепенно усложнялись. Начиная с самого простого, прибрежного, волей-неволей пришлось перейти на дальние, пригородно-деревенские. А потом и на междугородние, но их оказалось найти проще простого — надо учиться читать расписания. Наверное, Москва представляется такой же запутанной приезжему, и разобраться в Москве для кого-то может показаться отдельной гордостью. А между тем мы считаем, что всё очень просто и в то же время с недостатками: так киприоты рисуют на улицах Никосии антиклерикальные граффити с надписями про автобусы.
На Кипре нет железных дорог, между городами нет регулярного водного сообщения, зато есть хорошие, почти европейские дороги. С лёгкой ближневосточной спецификой: например, на велосипеде здесь передвигаться не так просто, как в какой-то из среднеевропейских столиц. Поиск велопроката оказался отдельной темой, безуспешной, провальной: велопрокаты разоряются, закрываются, у оставшихся велосипеды сломаны, а всё, что осталось — большие, тяжёлые круизеры с корзинками, кататься на которых без особого повода я не стал бы. Кое-где есть велосипедные дорожки, но редки и непостоянны.
На тридцать лавочек, где предлагают прокат машин, есть в лучшем случае одна, где предлагают велосипеды.
А совсем недалеко от туристической зоны раскопали древний город Аматус. Как и другие островные города, центр его находился на холме, а гавань — у моря. Римляне перенесли центр ближе к гавани, и там сосредоточились основные раскопки. Но получилось также подняться выше, на холм, где был более древний, греческий центр, где раскопали две огромные вазы (слепок одной стоит невдалеке на лимассольском перекрёстке) и где позже построили христианскую базилику на месте греческих храмов.
А к востоку и западу от холма простираются туристическо-купальные, а отчасти и индустриальные окрестности города Лимассол. Город находится на западе, а это вид на восток:
Буду сразу писать про Кипр, чтобы ничего не пропустить. Уже есть такое чувство, что Кипра никакого и не было, а была всегда одна сплошная Москва. Вся моя жизнь — одна Москва, и чтобы деться от этого чувства, надо заснуть (фигурально выражаясь) в самолёте и проснуться (снова фигурально) в ещё одном самолёте, потому что Москва начинается сразу по прилёту, а другой страны здесь я не знаю: смотрю на подмосковные фотографии у друзей в ЖЖ, хорошо, но мне там будет мало.
Сейчас после Кипра прошли считанные дни, сейчас как никогда знаю, что название моего журнала было правильным: переплетение ветвей, которые частью живы, а частью иссохлись от глубокой и солнечной жары (как на Кипре, допустим) — это хорошее определение, и, может, не так плохо, что они хоть частью живы и куда-то растут. Но растут без сознательной помощи, сами по себе, хаотично, и чем дальше, тем запутываются больше.
Иначе говоря, пребываю в состоянии множества пустых и незаполненных сосудов, которые ожидают своих тем, своих людей, своих занятий и продуктивной работы, и я вокруг себя не вижу практически ничего из этого. Слепая, безрассудная готовность браться за любое дело уступила место дурацкому расчёту, жажда чувств превратилась в жажду взаимности, и, хотя всё якобы правильно, ты уже не настолько жив, как прежде был — и никогда таким не будешь.
Первое с детских лет пляжное путешествие напомнило об одном: настолько мало кто достигает того, чего хочет, и так многие убеждают себя, что хотели именно того, что у них есть (очень плохая ложь), что надо обязательно уезжать куда-то, забыть про всё и потом вспомнить ещё раз. Всё равно что напиться, забыться, увидеть мир иначе просто оттого, что не можешь думать так, как думаешь всегда. Или вообще не думаешь. Занятие для всех нас, кто не уверен в обязательности и нужности своих обычных занятий. А Вы точно уверены? а Вы? может быть, не совсем?
Весь мир стал выбором из множества мест жительства, занятий, работ и людей: всё больше открытости, всё больше свободы, и чем богаче выбор, тем труднее выбрать. Ведь мы даже не знаем толком своих возможностей, иногда переоцениваем, иногда недооцениваем: как можно действовать самоуверенно и менять то, что уже состоялось? Или: как можно не менять то, что уже состоялось, когда всё ещё впереди? От добра добра не ищут? Или под лежачий камень? Где взять дело, когда дел безбрежное море? Где взять деньги, когда мир полон денег? Где взять спутницу, если одиноких людей настолько много?
С этого долгого вступления я вынужден начать писать про Кипр, потому что начать мне больше не с чего: идея поездки номер 1 (Америка) — идеи поездки номер 2 (Куба) и 3 (Сейшелы) — отказ от 1, 2 и даже 3 — идея номер 4 (безвизовая Европа) — и уже в Чиптрипе, одним субботним вечером, после трёхчасового ожидания, изменение поездки на номер 5 — а дальше я ещё простудился, но ненадолго — а уже в среду вылет — прибытие — ночной Лимассол.
Смотрите пока фото, а рассказывать я буду позже.
И продолжение прошлого поста: оставшиеся фотографии One World Trade Center и его окрестностей.
Место, где находились разрушенные терактом башни-близнецы, сейчас занято стройкой. Насколько мне известно, есть небольшой музей, где я не был (хроник 11 сентября из Музея Полиции было достаточно, хотя посетить этот музей я когда-нибудь собираюсь). Также есть мемориал, который виден на некоторых фото ниже. На скульптурной композиции высечены имена всех погибших в тот страшный день.
И вернуться в этот город был бы совсем не против — надеюсь, в обозримом будущем это удастся. Нью-Йорк необъятен!
Read more
В прошлой поездке в Нью-Йорк («Американский декабрь») я прошёл мимо мест, где располагался World Trade Center, без особого интереса: строят небоскрёбы обычные — ну и пусть строят, где их не строят. Но среди них была та-самая башня One World Trade Center (она же Freedom Tower), которой суждено по завершении стать высочайшим зданием Нью-Йорка и вновь сместить с насиженного места Empire States Building. И, кстати, стать одним из высочайших зданий Западного полушария.
В мае пришло время компенсировать упущенное: в самый последний день устроил вокруг строящейся и заметно подросшей за полгода башни фотопрогулку, а заодно захватил довольно любопытные окрестности. Из-за этого чуть на самолёт не опоздал — но разве ж оно того не стоило?
На верхнем фото — одно из близлежащих зданий.
В маленьких бразильских самолётах Embraer, на которых я летал до Инди и обратно в Нью-Йорк, каждый раз попадались места у окна. На обратном перелёте было просто нельзя не запечатлеть взлёт и посадку (в аэропорту Ньюарк) на камеру. Смотрите, комметарии тут, за редким исключением, излишни.
Первое фото выше — Нью-Йорк, остальные в хронологическом порядке (начиная от Индианаполиса).
Read more
Вот такие правильные газоны окружали гостиницу, где я жил в Индианаполисе. Несмотря на сетевой характер отеля, менеджер (и, вероятно, владелец) по имени Johnnie B дружелюбен и приветлив, да ещё и оказал немаленькую помощь в целом ряде ситуаций: например, отправил мне в Америку по почте много вещей, которые я забыл в местном супермаркете в самый день вылета — и хватился уже в аэропорту (довольно типичная для меня ситуация, на самом деле).
Толпа стремительно расходится, а я решил пройти к центру трассы по туннелю. Там, после туннеля, можно отыскать проложенную внутри гигантского овала трассу Формулы-1, где какое-то время проводились гонки: часть овала машины Формулы тоже задействовали, но лишь малую. Гонки Формулы-1 в Инди были подчас очень интересны, но интереснейшей формульной трассой её назвать, конечно, было нельзя. По овалам машины F1 ездить совсем не умеют.
Зато на первом Гран-При США было больше зрителей, чем на любой другой гонке F1 за всю историю — 225 тыс. человек.
Ещё стоило посмотреть на главные трибуны — те, которые расположились вокруг боксов. А ещё я довольно неожиданно попал в техническую зону, где обслуживают машины и — если повезёт — можно встретить кого-то из пилотов и взять автограф. Индикар — открытая для фанатов серия, и непосредственное общение разрешено и приветствуется. В Формуле-1 я о таком редко слышу.
Гонку довольно сложно описать: IndyCar надо смотреть и разбираться. Это интересно, но посоветуешь не каждому: я Формулу-1 люблю с давних пор (а серии похожи во многом), но на ознакомительный период времени ушло немало. Например, идентифицировать машины в Инди не так просто, спонсоры, бывает, меняются от гонки к гонке, гонщики одной команды порой выступают в совершенно разной раскраске, да и число машин у всех команд разное (от одной до пяти — на практике больше не было, но правилами это никак не ограничено). Да и само понятие «команда» довольно размытое — в качестве названия команды гонщики обычно используют имя команды вместе с именем собственного спонсора. Тоже традиция.
Инди-500 проводится в Индианаполисе с 1911 года. Трассу называют «старой кирпичницей» (old brickyard) за то, что когда-то она целиком была кирпичной — сейчас от тех времён осталась лишь узкая полоса на старте. Её множество раз переделывали, но общая конфигурация и суть оставалась прежней. Indianapolis Motor Speedway с общей вместимостью около 400 тыс. человек — крупнейшее в мире спортивное сооружение, а Инди-500 — вероятно, самое популярное в мире автоспортивное событие. В 2011-м гонку посетило около 300 тыс. человек.
Несмотря на поджаристое солнце, впечатления непередаваемые: особенно звук и ощущение скорости, такого на Moscow City Racing даже близко не увидишь. Да и вообще — где увидишь? Только Формула да Индикар, причём не шоу-мероприятия, а нормальные гонки.
