Apocalypto, США, Мексика, 2006
«Страсти Христовы», предыдущий фильм Гибсона, был самым кассовым фильмом с взрослыми рейтингами за всю историю кино. Он собрал в мировом прокате чуть ли не полмиллиарда долларов. Причина очевидна — тематика фильма с детства знакома любому, кто знаком с христианством, кроме того, в «Страстях» очень хорошо раскрыта тема насилия, крови и мяса. Разумеется, смысл более разносторонен, но никакой смысл ещё ни разу не становился причиной успеха кино в прокате.
На «Апокалипсис» продюсеры и сам Гибсон подобных надежд, очевидно, не возлагали — и правильно делали. Всё-таки индейцы майя не так близки упитанным американцам, как Иисус Христос. Хуже другое — то, что на многих вещах откровенно решили сэкономить, а для фильмов гибсоновского масштаба это недопустимо. В результате фильм и правда получился с претензией на масштабность, но спецэффекты оказались какими-то второсортными, а операторская работа, вопреки ожиданиям, — блёклой. И всё это можно б было отнести к пустым придиркам, если бы в «Апокалипсисе» было на что посмотреть, кроме спецэффектов.
Кое-что есть, конечно. Насилие, кровь и мясо. И снова сэкономили — по сравнению со «Страстями…» Apocalypto не более чем Ноттинг Хилл. Воины дерутся каучуковыми топорами, из людей струйками брызгает алая кровь, как у известного маэстро Уве Болла. Положение могло бы спасти более подробное рассмотрение отрезаний голов и вырезаний сердец на пирамиде — в кульминации фильма, но нет, не судьба. Не хотелось бы, чтобы кто-то подумал, что я очень люблю жестокости, вовсе нет. Мел Гибсон сам претендует на роль достоверного изобразителя разнообразных жестокостей. Но истинную художественную ценность насилия ему, видимо, не дано ощутить, в отличие от некоторых других режиссёров.
Про сюжет, сценарий, диалоги даже говорить не стоит, потому что их нет. Есть лишь настроение, которое этот фильм передаёт — местами не без успеха, особенно впечатлила сцена с устрашающего вида девочкой. Что касается смысла… я не особенный специалист по смыслам, а про «Апокалипсис» каждый должен сделать собственные выводы — так было задумано. Могу только упомянуть, что (на мой взгляд) демонстрация озверевшей и пришедшей к разврату и упадку культура Майя — своего рода попытка оправдания поведения конкистадоров, которые появляются в финале. Гибсон как ревностный католик пытается защитить других ревностных католиков — испанцев XVI века, волею разных судеб оказавшихся в Америке. Если государство майя такое, как показано в Apocalypto, совсем не удивительно, что с индейцами пришлось разговаривать на языке массовых убийств и разграблений. Иного языка они просто не поймут.
Нет, кое-кто поймёт. И уйдёт далеко в леса и горы, как главный герой фильма. Его место — где-нибудь там, вдалеке. А в города придут испанцы и насадят правильную веру, язык и культуру. Конкистадоры были предвестниками самого масштабного и самого успешного завоевания в истории — испанцы с португальцами через несколько столетий потеряют всякое влияние как в Америке, так и в остальном мире, но зато на их языке говорит полтора континента, а их гены навсегда останутся в сотнях миллионов потомков. Католиков в большинстве своём.