Перед тем, как сказать несколько слов про «Начало», следует расплатиться с прошлыми долгами.
А долги накопились вот какие. «Хищники» — фильм, в причастность к которому Роберта Родригеса сложно проверить, но который вполне проходит по стандартам B-Movie. Если ожидали B-Movie, как я, то вы тоже должны были быть вполне удовлетворены результатами. Но в кинотеатре это смотреть не обязательно, как и вообще смотреть. Фильм хлюпкий и лишённый почвы под ногами. И не менее слаб мой следующий должок: «Повелитель Стихий» интеллектуального голливудского увеболла М. Найта Шьямалана. ллюбовь режиссёра к большим военным кораблям раскрыта полностью, и, если я не могу поощрить Disney за растрату в особо крупных и не могу поблагодарить г-на Шьямалана за два часа бездарно потраченного времени (товарищи, это ж три эпизода X-Files), то режиссёра по-человечески хорошо понимаю: когда дают 150 млн. баксов и не возражают против бэттлшипов-сверхгигантов, о которых ты с детства мечтал, отказаться способен только… да, кстати, кто?
Большая часть сегодняшнего поста будет посвящена, однако ж, единственному стоящему долгу: фильму «Химера» (Splice) режиссёра Винченцо Натали, который пока ещё идёт в Пяти Звёздах на Новокузнецкой и на который я настойчиво призываю вас попасть. В крайнем случае уже вышел DVD.
«Химера» во многом отличается от стандартных и дорогих голливудских блокбастеров. Шумные, очевидные, и, как правило, достойные одного похода в кинотеатр, они за редким исключением почти не оставляют воспоминаний. Грамотно вставленные спецэффекты не оставляют следа, ни одного полигончика. Правильные актёры нанизываются на ряд своих прошлых ролей — и ожидают следующей очереди. Сюжет может быть остроумен, но не больше. Я это не к тому, что они плохие — даже наборот. Взять фильм вроде «Ученика Чародея». Он как раз такой, блокбастерный, грамотный, стоящий просмотра, но тоже только один из ряда.
«Химера» не лишена пороков, но из ряда по многим статьям выпадает. При небольшом размахе (и небольшом бюджете) фильм оставляет очень сильные визуальные образы. Это для меня. Для общечеловеческого зрителя здесь есть немного философии (что бы это ни значило), немного кровавой жути и красавчик Броуди с хорошими, как подмечали рецензенты на IMDB, стилистами (и кто бы до «Хищника» мог подумать, что Броуди, оказывается, суровый мускулистый парень). Наконец, есть подарки для внечеловеческих зрителей. Фаната Stargate Atlantis здесь поджидает актёр Дэвид Хьюлетт, бывший одноклассник Натали, который снялся во всех без исключения его полнометражных фильмах. Ксенофилу будет приятно узнать, что Химера — удивительно красивая и своеобразная тварь, талантливо сделанная, одновременно и похожая на человека, и обладающая неповторимым инопланетным шармом. (Но назвать её Дрен мог только человек, никогда не смотревший Farscape.) Дельфина Шанеак справилась с задачей, которая не каждому актёру под силу: двигаться не так, как двигался бы человек. Потрясающая эротика с нечеловеческим существом: самый трогательный контакт с представительницей иного вида, который мне приходилось наблюдать.
По поводу сюжета: история про создание, которое вышло из-под контроля создателей, не нова. Но новых историй не так много, и старая дилемма в прочтении «Химеры» не кажется ни бессмысленной, ни банальной. Где ещё было так убедительно показано то, что создание не то чтобы стремится уничтожить своих авторов, но занять их место?
Возможно, и нет ничего плохого в том, что нынешние корпорации консервативны и жадны Вряд ли какая-нибудь настоящая решится в будущем на описанный в фильме эксперимент. Просто потому, что риски не оправдывают прибыль. А если что-то подобное и произойдёт, то не в едва охраняемом офисном здании, а где-нибудь в глубоком бункере, который можно протравить газом, сжечь, завалить породой, затопить (чем больше методов, тем лучше) в случае какой-нибудь неполадки — вместе с учёными и созданными ими тварями. Производственный риск, что поделать.
Винченцо Натали, кстати, был режиссёром трёх эпизодов Earth: Final Conflict в лучшем для шоу 2-м сезоне (1999-й год), которые я сейчас думаю пересмотреть. Должен же остаться какой-то авторский почерк.