igiss.net

После Крыма, Донбасса и Сирии массовые митинги 2011-2012 годов выглядят отзвуком наивной и давно ушедшей эпохи. Никто в те годы не мог представить, что радость единения сменится страхом беспомощности из-за «Болотного дела», а смелые планы превратятся в попытки выжить на фоне акций устрашения и государственных запретов. Один из эпизодов фильма «Путин навсегда?» запечатлел собрание в тесном, заваленном пачками докладов офисе «Солидарности»: Борис Немцов со смесью оптимизма и прагматичного недоверия оценивает планы предстоящих протестных акций. Едва ли кто-то мог предположить, что Немцов через несколько лет будет убит, а самые масштабные акции будут проходить в форме маршей траура и памяти.

«Путин навсегда?» Кирилла Ненашева и Марии Мускевич напоминает об эпохе, когда можно было выходить на улицу и требовать чего-то большего, чем объективного расследования убийства (да и это требование всё больше напоминает несбыточную мечту). Чего добились те, кто выходил на многотысячные митинги? Был ли выполнен хоть один пункт из деклараций, принятых по их итогам? Вероятно, прошло недостаточно времени, чтобы оценить историческую роль событий 2011-2012 годов. Но эмоциональные итоги представляются вполне своевременными.

У фильма два главных героя — Всеволод Чернозуб представляет «протестную» сторону, а бывший хиппи по прозвищу Тиль, он же Виталий Морозов, — «патриотическую». Если не оглядываться на личные оценки, то Всеволод — не только герой, но и рассказчик, вместе с которым камера следует за важнейшими событиями московских протестов. Через его рефлексию, его попытки разобраться в происходящем зрители могут оценить настроение тех дней — от воодушевления до разочарования, от радости до гнева. Тиль — «антигерой», комичный бородач, который читает длинные речи о пользе кровавых расправ. Рефлексия ему совершенно не свойственна: он мыслит единственной схемой. Самый сильный момент фильма — тот, где Тиля и Чернозуба столкнули лицом к лицу за шахматным столиком в кафе. Всеволод цепенеет от ужаса, слушая дремучую конспирологическую ересь о враждебных информационных потоках и о всемирном антироссийском заговоре.

Зачем в фильм попал Тиль, смешной безумец, которого большая часть электората «Единой России» никогда не примет за своего? Обычный посетитель «антимайдана» или избиратель «Единой России» авторам фильма не слишком интересен: эти люди безыдейны, политика для них — чуждая материя. Тиль же обладает не только оригинальным взглядом на мир, но и даёт фильму жизненно необходимый comic relief, элемент комедии абсурда.

Комедия нужна потому, что фильм избыточно, неоправданно мрачен: он не рассказывает о том, что случилось после 6 мая 2012 года (ограничиваясь лишь фактами в титрах), но несёт в себе груз мрачных лет, ознаменованных политическими процессами и убийствами. Заголовки частей фильма («Глава вторая: страх», «Глава третья: безысходность») становятся всё более безысходными и отчаянными, притом их отчаяние контрастирует с визуальным рядом. Титры объявляют, что сейчас будет страх, а страха нет! Камера оператора Евгения Яковлева с невероятным вниманием следует за интереснейшими моментами митингов и акций, а монтаж и комментарии придают воодушевляющим кадрам зловещий оттенок. Музыкальное сопровождение ближе к финалу приобретает характер безумной пляски. Фантасмагоричный характер повествования не вяжется с его прагматичным и обыденным содержанием.

Но приходится вспомнить, что на самом деле так и было. Что всякий раз за воодушевлением, за страстью и готовностью к великим свершениям следовали разочарования, лень и страх. Что громкие декларации «лидеров протеста» всякий раз терялись за холодной бездеятельной реальностью. К финальным титрам невольно задаёшь вопросы, на которые нет и не может быть ответа. Был бы Немцов столь же осторожным, если бы знал, что его жизнь оборвётся на Большом Москворецком? Стал бы он отговаривать соратников от более решительных — и более опасных — методов действия? Могла ли история пойти другим путём? Почему Чернозуб был вынужден эмигрировать, а Тиль посетил показ «Путин навсегда?» на Артдокфесте, бодро выступил на сцене перед зрителями и под улюлюканье и смешки подтвердил верность своим кровожадным теориям? Кто всё-таки напишет будущие учебники истории?

Фильм получился энциклопедичным даже не в том смысле, что представил все важнейшие события протестов 2011-2012 годов (многое неминуемо пришлось пропустить), а в том, что отразил эмоции и размышления одного человека на протяжении нескольких очень важных месяцев нашей истории. Через оценки героев фильма намного лучше вспоминаешь и ощущаешь особенный воздух, которым дышала Москва зимой двенадцатого. «Путин навсегда?» обрывается неожиданно, почти на полуслове, там, где должно было начаться «Болотное дело»; но это уже совсем другая история, которая страшна безо всяких оговорок и условностей. Приходится признать, что Путин действительно навсегда: навсегда для Немцова и других жертв политических убийств, навсегда для политзаключённых, которые провели самые продуктивные годы жизни в тюрьмах. Эти годы уже не вернуть — ни им, ни всей стране.

8/10