Сейчас бурно обсуждают материал New Times о том, как Сергей Пархоменко и Владимир Рыжков вели переговоры о митинге 10 декабря 2011-го года в присутствии зам.главы администрации президента Алексея Громова, а Алексей Венедиктов привозил переговорщикам «вискарь» в честь того, что договорённость состоялась.
Лимонов и ряд других исследователей проблемы, которые обвиняли Пархоменко, Рыжкова, Немцова и других организаторов акции в предательстве и «сливе протеста», сразу же заявили о том, что были правы во всём.
Правота их мне по-прежнему представляется сомнительной.
То, что решения о дозволенных местах митингов принимает администрация президента, не новость. Администрация принимает участие в решении всех ключевых вопросов в стране. Практика порочная, но такова реальность.
То, что представитель Администрации президента приезжал на переговоры в мэрию, неудивительно. Я бы не удивился и в том случае, если бы эти переговоры велись с АП напрямую. Это было бы честнее.
То, что можно было провести стотысячный митинг на Площади Революции, — ложь. Это можно сделать только в том случае, если перекрыты Моховая и Театральный проезд, чего никогда не допустила бы ФСО (буду приятно удивлён, если это разрешат 15-го декабря 2012-го).
То, что на несанкционированный митинг у нас вышло бы 100 тыс. человек — тоже ложь. Во-первых, все 100 тысяч не вышли бы, памятуя о Триумфальной, а во-вторых, вышедших бы ждали силы полиции вдесятеро большие, чем на Триумфальной, а также закрытый выход из метро и перекрытая со всех сторон площадь.
Да, непублично вести переговоры о массовой акции — некрасиво, мягко скажем. Сам был возмущён, когда узнал о смене места. Но наивно считать, что договорённости в мэрии решили судьбу страны.
Важнейший вопрос, на мой взгляд, состоит в следующем:
Кому и как именно помешали Пархоменко, Рыжков, Венедиктов и другие своими кулуарными договорённостями? Что переменилось бы, если бы эти договорённости не состоялись?
По моему скромному мнению, митинга в этом случае бы не было ни на одной из площадей. В лучшем случае была бы зрелищная потасовка в духе случившихся позже, 6 мая, событий на Болотной, с аналогичными последствиями. Но потасовки с полицией к тому моменту не было чем-то новым: они происходили на Триумфальной, на Маршах несогласных и на множестве других акций. А стотысячный митинг тогда собрали впервые за 20 лет.
В одном соглашусь с возмущённым народом: то, что в России пьют виски, штука страшная. Присвоим уже Алексею Алексеевичу возрастной рейтинг 18+ вместе со статусом британского агента.