Спецагент английской шпионской сети Kingsman погибает, накрыв собой гранату; его маленький сын Эггзи остаётся с матерью и ирландским садистом-алкоголиком, которого та взяла в сожители. Повзрослевший Эггзи (Тарон Эгертон) попадает в передрягу с гопниками и угоняет тачку, а в полиции случайно обращается за помощью в организацию, где некогда работал отец. Агент с кодовым именем Галахад (Колин Ферт) берёт парня под опеку.
У Kingsman дела тем временем идут неважно: агента Ланселота разрезала пополам безногая девушка с лезвиями вместо протезов (София Бутелла, известная танцовщица из Алжира). Девушка работает на климатически озабоченного миллиардера Валентайна (Сэмюэль Л. Джексон). Ланселот перед смертью пытался вызволить из плена профессора-климатолога (Марк «Люк Скайуокер» Хэмилл): не слишком преуспел, зато привлёк к Kingsman излишнее внимание.
Пресный пересказ завязки сюжета Kingsman вызывает скорее недоумение, нежели интерес. Тот же эффект производили трейлеры: стандартный сюжет про подростка-спецагента со скучным Колином Фертом в качестве стареющего Джеймса Бонда. Но надо отдать режиссёру Мэттью Вону должное — во времена, когда в трейлерах любят пересказывать весь фильм с начала до конца, он сумел сохранить интригу. Не напрасно.
Последние лет пятнадцать в шпионском кино хозяйничают несколько высокобюджетных серий (Бонд с Пирсом Броснаном и Дэниэлом Крейгом, Борн с Мэттом Дэймоном и «Миссия невыполнима» с Томом Крузом). Серьёзность и глобальный масштаб монополизировал Бонд, реализм и городские будни — Борн, а смешную дикость — Том Круз. Экшена во всех трёх сериях было вдоволь, и шансов конкурентам они не оставляли. До появления Kingsman.
В фильме Вона всё сделано с джентльменской тщательностью: его сценарий совершенен, и Kingsman не упускает ни одного шанса удивить зрителя каким-нибудь остроумным поворотом. За два часа происходит столько событий, что по современным меркам их хватило бы на целую трилогию; один эпизод с выходом в открытый космос мог стать кульминацией целого фильма — а здесь это малозначимая часть большой интриги.
Происходящее на экране с одной стороны безупречно логично, а с другой — демонстрирует всё новые и новые грани ада, будто авторы решили одновременно экранизировать игры Postal, Saints Row и Manhunt. По степени дикости этот фильм обойдёт любого «Остина Пауэрса» или «Очень страшное кино», причём всё происходящее не скатывается в безликий трэш: до самого конца вы переживаете о том, победит ли добро. Что, если герои погибнут слишком рано? Что, если горы трупов окажутся недостаточно высокими, а юного героя обманет знойная шведская принцесса?
Kingsman отворяет неизмеримую бездну ультранасилия: ничего похожего на большом экране ещё не было. Сцена в церкви останется в памяти как самый кровавый (и одни из самых весёлых) эпизодов мирового кинематографа, а предшествующая проповедь о том, что содомиты и ниггеры ведут мир в апокалипсис, должна тронуть за живое любого русского патриота. Наделённый определённым политическим смыслом (во всём бесплатном кроется зло, а мировая элита наивна и распущенна, так что взорвать голову человеку, похожему на Обаму, в принципе не жалко), фильм цинично и ловко расправляется со всеми, кто много думает и многого боится.
Мэттью Вон взял не слишком оригинальный материал и неожиданно снял свой лучший фильм, который, вероятно, войдёт в историю: если судить по традиции Kick-Ass, где Вон доверил вторую часть не слишком опытному Джеффу Вадлоу, подобного мы больше не увидим. Да и зачем? Вон создаст нечто новое (и ещё более дерзкое), а Kingsman останется остроумным и противоречивым фильмом, который цинично разрушает традиции, которые сам же превозносит.
9/10
P.S. Тем временем новая серия Mission: Impossible выйдет в прокат 6 августа сего года, новый Бонд — 6 ноября, а новых Борнов, вероятно, больше никогда не будет.