Tag Archive for Хайнань

Санья, Хайнань: кровь, песок и Клаудия Шиффер

Я в Санье (Хайнань, Китай), и во время обзорной экскурсии нас везут на змеиную ферму. Блюститель фермы берёт из большой пластиковой бочки трёх маленьких змей. Кажется, две из них мертвы. Сопротивляется только одна. Змеек несут в комнату, где сидит вся наша группа (я отстал). Змейкам отрезают головы и выдавливают их кровь в стаканчик с самогоном. Один из участников поездки выпивает. Девушка с предпоследнего ряда смотрит на происходящее с таким видом, будто показывают что-то омерзительное.

В первую ночь я почти не спал, сидел в Тиндере и слушал крики китайцев у лобби. За время непродолжительного сна я видел, как молодая женщина из какого-то племени взмахом руки подожгла сосну. Я испугался, что она сейчас сожжёт всё племя — а заодно меня — но меня успокоили, что она хочет сжечь себя. Огонь перекинулся на костёр, разложенный над хижиной. Потом женщина должна была туда подняться, но этого я уже не увидел.

Утром местный Тиндер кончился, и следующей ночью спал я долго. Где-то между временем, когда я чуть не упал с кровати, и шестью часами утра я услышал песню Uptown Girl группы Westlife. Воспроизведена она была очень точно, не знаю, откуда у меня такая память. К песне добавилась женская партия, которую поёт Клаудия Шиффер (на самом деле Шиффер только снялась в клипе). Потом я придумал непристойную туристическую шутку. Я проснулся от смеха и не мог остановиться. Шутка несмешная, так что дальше читать не надо. Там была табличка со словом «спасибо» на трёх или четырёх языках, включая китайский, и на всех языках было написано правильно, а по-русски было написано «хуй».

В общем, с путевыми заметками у меня не клеится: я написал пару текстов про Нью-Гэмпшир прошлой осенью, но третья часть, где я хотел рассказать про Джона Ирвинга и инцест, так и не сложилась ни во что определённое. (Там ещё были коты. Не помню, почему, но теперь уже слишком поздно.) Даже с фотографиями здесь так себе. Снимать нечего: по дороге попалась только пара симпатичных высоток и несколько колоритных помоек.

Санья — место, про которое писать совершенно не хочется. Из рассказа полуместного гида, который проводит бесплатные обзорные экскурсии по городу, стало ясно, что здесь все друг друга наёбывают. Южане обманывают северян. Все вместе они обманывают государство. И все, кто имеет дело с туристами, пытается обмануть туристов. За исключением русскоговорящих гидов. Только они честны как стёклышко, прозрачны, как местное мутное море. Гида зовут Павел Андреевич, но его настоящее имя китайское. Местные имена адаптированы под нужды туристов: в медицинском центре инсценируют роман «Мы», у сотрудников бейджики с номерами вроде Ян112 или Ира№129.

Несмотря на безумные цены на авиабилеты, сюда зимой приезжает народ со всего материкового Китая (цены настолько безумные, что дешевле было бы слетать через Москву). Санья считается одним из самых экологически чистых городов во всей стране. Вместо фабрик и заводов тут военные базы и плантации манго и чая. Весь город усеян военными объектами. Возможно, сюда в любой день могут вторгнутся японцы или тайваньцы, но я не уверен. Может быть, военные просто хотят жить в тёплом месте.

Я впервые за много лет взял стандартный тур и наслаждаюсь прелестями стандартного туризма. Вокруг полно русских, но я боюсь заговаривать даже с теми из них, кто мне симпатичен. Гиды впаривают стандартные еженедельные туры. К обыкновенному «другие экскурсии дороже и они не говорят по-русски» здесь добавляется «нелицензированных гидов забирают в ментовку». Вообще групповые визы (обычная стоит 80 долларов, а групповую дают условно-бесплатно) обеспечивают гидам работу: билет на поезд, например, без визы купить нельзя, а туристическая компания это сделать может. Выезд с острова запрещён под страхом смерти, но поезда с острова всё равно не выезжают; почему тогда не продают билеты? Fuck you that’s why.

В голове у меня всю зиму была сумятица, и от поездки я ожидал худшего. Так что Санья, возможно, отражает хаос моей собственной жизни. Но есть и объективная сторона: дороги, где все сигналят и обгоняют друг друга по встречке, шикарные отели вперемежку с трэшовыми, военные базы с противотаранными заграждениями и спиралью Бруно на заборах, частные дома с такой же спиралью Бруно. Уличные торговцы, морская живность, магазинчики, велорикши, такси, — всё здесь по китайским меркам дорого. Мутное море, где как будто нет никого живого. В нём не плавают даже люди. Китайцы боятся плавать. Они думают, что ночью к берегу подплывают акулы.

Иногда так хочется встретить акулу, чтобы обнять её и поговорить о жизни. «Дорогая, твои хрящи продают в туристических лавках по 3500 рублей за упаковку, которой хватает на месяц. Эти штуки лечат все болезни». — «Знаю. Пойдём ко мне домой». — «Тебя поймают и убьют». — «Сначала я тебя убью». — «Не начинай». Между прибрежной улицей и пляжем Санья Бэй разместили мусульманское кладбище. Выходишь из отеля и идёшь к морю по песчаным холмикам с надгробиями. Мне повезло, напротив нашего Bihai Jinsha могил нет. Возможно, они где-то за кустами, но я не проверял.

В Санье хорошо.