Archive for Журнал

Masters of Orion («Бегущий по лезвию»)

Blade Runner («Бегущий по лезвию»), режиссёр Ридли Скотт, США, 1982

Судьба человечества переменчива. Всего тридцать лет — и облик Земли меняется до неузнаваемости, а люди с помощью андроидов-репликантов переселяются на инопланетные колонии. Действие задуманного в 1962 году романа Филипа Дика «Мечтают ли андроиды об электроовцах?» датируется 1992 годом. Фильм «Бегущий по лезвию», вышедший тридцать пять лет назад, переносит действие в наше время. Новый «Бегущий по лезвию» Дени Вильнёва отодвигает будущее в 2049 год. И каждый раз надежды фантастов оказываются слишком далеки от реальности.

Бегущий по лезвию кадры

Вы возразите, что надежде здесь не место. Что мир «Бегущего по лезвию» воплощает экологический ад, где урбанизация скрестилась с индустриализацией (заводы теперь строят среди жилых кварталов). В Калифорнии-2019 не бывает солнца. На другие планеты берут лишь самых здоровых и удачливых. Ведущий «генетический дизайнер» мегакорпорации Tyrell, Джей Эф Себастиан, не смог добыть разрешение покинуть Землю из-за болезни, вызывающей преждевременное старение. Не помогла даже дружба с Элдоном Тайреллом — хозяином империи Tyrell и создателем репликантов.

Внутренняя империя «Бегущего» невероятно красива — восстановленные для final cut кадры спецэффектов и сейчас впечатляют безо всяких цифровых добавок. Звуковой ряд безупречен: смесь языков, на которой говорят полицейские и уличные зазывалы, звучит пророчески, а всеведущие громкоговорители будто оповещают прохожих о непрекращающемся стихийном бедствии, — и никто не обращает на них внимания. В небольших уличных сценах Ридли Скотт совмещает футуристичные наряды с деталями моды конца XIX века, а затем отправляется ещё дальше в прошлое, показывая традиционные одежды ортодоксальных евреев и буддийских монахов.

На масштабном полотне разворачивается камерная история: охотник за головами по имени Декард преследует репликантов-отступников и влюбляется в девушку, которая тоже оказывается репликантом. Декард (Харрисон Форд) — обычный коп. Он не хорош и не плох; он профессионал, но не стесняется устроить стрельбу среди безоружной толпы. Он честен, и музыка Вангелиса убеждает нас в его нежных чувствах к Рэйчел. Действие фильма, правда, настаивает, что чувства родились после акта насилия. Ты не уйдёшь, а теперь повторяй за мной. Поцелуй меня. Я тебя хочу. Слова о любви и доверии, произнесённые Рэйчел в финале, только повторяют слова Декарда.

Человеческое и бесчеловечное в «Бегущем по лезвию» неразделимы. Репликанты способны плакать и щадить. Они же — манипуляторы и беспощадные убийцы. Декардом манипулирует полицейское начальство, а сам он применяет силу к девушке, которую считает любимой. Может, человечность стоит искать в эмпатии и смирении? Но святой мученик Себастиан становится предателем. Мораль больше не имеет значения. Филип Дик пишет о том, что делает человека человеком; в работе Ридли Скотта интереснее другое — что делает с разумом жажда недосягаемого, и не важно, машинный это разум или человеческий. Репликанты 2019 года способны больше видеть, а люди — запоминать и осмыслять. Через тридцать лет и эта условная грань окончательно сотрётся.

Огромные пирамидальные строения, улицы глубиной в сотни этажей, летающие машины и газовые факелы, — мелочи в сравнении с космической экспансией, о которой мечтает Рой Батти. Настоящая жизнь — там, среди звёзд, у плеча Ориона или ворот Тангейзера. Предсмертная речь, написанная Рутгером Хауэром для своего героя-репликанта, двумя штрихами рисует бездну глубиной в десятки световых лет, опасную и полную чудес.

Своей речью Батти приоткрывает для охотника завесу тайны, которая молит о разгадке. Это смертельный удар и последний шанс — заглянуть, хотя бы мельком, в воспоминания, которые вот-вот будут утрачены. Но Декарду всё равно. Машина ли он, человек ли? Не важно. Ему не нужна свобода, он прикован к Земле, привязан к Рэйчел, у него нет жажды других миров, которая отличает высший разум от устаревшей модификации. Батти выбирает отчаянную гибель, а Декард бежит в земную глушь.

«Бегущий по лезвию» показывает тёмную сторону сбывшейся мечты. Люди умертвили Землю, но заселили множество новых планет. Если верить Вильнёву, за следующие тридцать лет заселят ещё девять, — немалое достижение для цивилизации, которая в реальности не успела освоить одну, а её представители настолько потеряли разум, что разменивают жизнь на клочки пустыни и веру в несуществующих богов. Вселенная Ридли Скотта оставляет надежду, что шахматная партия Тайрелла и Батти не станет последней. Фигуры переместилась на большую доску, люди и репликанты ввязались в бесконечную игру за царство свободы и благополучия. За Орионом они отыщут всё, чего искали.

Бегущий по лезвию кадры

Бегущий по лезвию 2049

Blade Runner 2049 («Бегущий по лезвию 2049»), режиссёр Дени Вильнёв, США, 2017

Есть у человечества давняя забава — делать репликантов. От простых перешли к сложным, и «Нексусы» приобрели слишком много человеческих черт. Научились бунтовать, были запрещены, устроили блэкаут, стали объектами нескончаемой охоты. Но без разумных автоматов освоение других миров невозможно, и Ниандер Уоллес понял это раньше других. Научился делать новых, послушных репликантов.

Бегущий по лезвию 2049 кадры

Один из новых «Нексусов» — Кей в исполнении Райана Гослинга. Охотник на последних выживших «Нексусов-6» обладает мягкой, почти человеческой улыбкой и даже ведёт подобие самостоятельной жизни. На Земле, загнанной под пелену облаков, достаточно пустых квартир. Те, кому сопутствовала удача, отправились на дальние колонии. Спасать этот мир незачем — и некому.

Остаётся спасать себя — и Кей заводит виртуальную подругу. Любовь антропоморфной машины к компьютерной программе — почти как в позабытом нынче фильме «Она» — к финалу «Бегущего-2049» тоже оказывается забытой. Нетрудно забыть и другие подробности действия, растянутого почти на три часа. Они остаются лишь в бессознательном, как следы данных на очищенном жёстком диске. Режиссёр Дени Вильнёв делает зрителя соучастником истории о великом превращении неживого в живое, которая так искусно вплетена в ткань сюжета, что практически незаметна человеческому глазу.

Бегущий по лезвию 2049 кадры

Человеческому — но не глазу Бога. Слепой Ниандер Уоллес (Джаред Лето) видит гораздо дальше. И здесь вступает в игру ещё одна давняя забава человечества — болезненная любовь к собственным маниям. Ридли Скотт предан фантазии о чёрном рыцаре на белой лошади, который ведёт цивилизацию к звёздам. Он копирует этого рыцаря из фильма в фильм — Лето в «Блейд Раннере» произносит те же слова, что Фассбендер в последних двух «Чужих».

Бегущий по лезвию 2049 кадры

Вильнёв — мастер по превращению тяжёлых сюжетов в лёгкие для восприятия фильмы. Вспомнить только лучшую его работу, «Убийцу», и сравнить с «Советником» Ридли Скотта, посвящённым той же теме. Лучше Вильнёва с «Бегущим» никто бы не справился, но тяжесть многомерного сюжета оказалась слишком велика даже для него. Лучше всего удались камерные эпизоды — вроде тех, где появляется доктор Ана Стеллин, героиня Карлы Юри, создательница самых достоверных воспоминаний на свете. Небольшие театральные зарисовки отлично вписались в грандиозные декорации. Города Земли-2049 можно трогать руками безо всякого 3D.

А вот связать эти зарисовки в единую сеть не удалось. Хрупкую конструкцию сюжета об эволюции машинного разума то и дело разрушает местный Бог-Император. На то, чтобы объяснить значимость Уоллеса, уходит слишком много сил, которые стоило потратить иначе. К финалу молишься, чтобы Вильнёв хотя бы на мгновение показал те далёкие миры, о которых здесь так много говорят. Но ничто в «Бегущем по лезвию» не поднимется выше туч, и фильм, который мог добраться до космических высот, оказывается накрепко пристёгнут к умирающей Земле.

8/10

Бегущий по лезвию 2049 кадры

Крым

«Крым», режиссёр Алексей Пиманов, Россия, 2017

Киножурналисты справедливо критикуют «Крым» за неубедительный сценарий и изъяны режиссуры. Да, трюки в фильме поставлены плохо, а актёры едва-едва пытаются играть, но в большинстве российских сериалов уровень драматургии ещё ниже. Для пропагандистского продукта важнее другое — справляется ли он со своей политической миссией?

Крым кадры

Если верить режиссёру Пиманову, поводом к вводу войск в Крым стал бандеровский заговор. Заговорщики — стереотипный еврей в фраке, несколько официантов, три снайпера и один сотник с Евромайдана. Украинские войска не могут с ними справиться, и на помощь приходит русская армия. Никто во всём Крыму не решается выступить против аннексии, кроме девушки Алёны, которую любит Саша. Саша восторженно приветствует оккупантов, но всё-таки вытаскивает Алёну из-под колёс бронетранспортёра. Алёна спивается.

Любовная линия Саши и Алёны метафорически отражает отношения России и Украины: как подметил один из критиков, когда Саша входит в Алёну, Россия входит в Крым. Фильм не предлагает более убедительных объяснений, почему Россия нарушила два десятка международных договоров и захватила регион соседней страны. И это поразительно, ведь наша пропаганда утверждала любовь крымчан к «вежливым людям» и к референдуму о присоединении к России, который в фильме просто игнорируют. Зачем концентрироваться на формальностях, когда территория уже под контролем? Зачем спрашивать согласия на секс у девушки, которая пьяна? И так понятно, что она хочет.

Крым кадры

Основная эротическая сцена «Крыма» — высадка техники из чрева десантного корабля на пустынный берег. Россия олицетворяет плодовитого самца. Украина — напротив. Крымчане представлены импотентами и предателями. Пилот украинского истребителя отказывается сбить российский самолёт. Полковник украинских ПВО (дряблая роль Владимира Щербакова), махнув рукой, впускает в бункер военного без опознавательных знаков и даже не просит его представиться.

Российская власть уже не в первый раз («Август. Восьмого» Файзиева) пытается использовать кино в идеологических целях. Вместо пропаганды каждый раз получаются саморазоблачения. Где ты, русская Лени Рифеншталь? Вместо того, чтобы придумать великую Россию, авторы «Крыма» выдумывают плохую Украину, — выдумывают менее убедительно, чем авторы сказки про распятого мальчика с Первого канала. Пока Саша трахает Алёну, Россия трахает улитку.

Высокомерная имперская логика не позволяет Пиманову проявить уважение к жителям оккупированных земель. В лучшем случае они заслуживают снисходительной жалости. Несмотря на деньги Фонда кино и участие десятка силовых ведомств, «Крым» получился проукраинской агиткой, высмеивающей российскую агрессию, — и в этом его несомненное достоинство.

11/10

Крым кадры

Kingsman: The Golden Circle

Kingsman: The Golden Circle («Kingsman: Золотое кольцо»), режиссёр Мэттью Вон, США, 2017

У Поппи есть всё — двести пятьдесят миллиардов годового дохода, бургеры из человечины, тайное логово в индуистском храме. Не хватает только признания и высокого места в списке Forbes. Но как достигнуть славы, когда получаешь доход благодаря наркотрафику?

Kingsman 2 кадры

Для начала нужно расправиться с организацией под названием Kingsman — элитным домом мод, чьи сотрудники защищают британскую корону и мнят себя рыцарями Круглого стола. Оставшись у разбитого корыта, агенты Галахад (Тэрон Эджертон) и Мерлин (Марк Стронг) откупоривают припасённую на чёрный день заначку: бутылку виски, которая, как выясняется, произведена в Кентукки. А затем отправляются в Америку, где фильм из дерзкой пародии на Джеймса Бонда превращается в «Особенности национальной охоты» на американской почве. Пародировать здесь нечего: супершпионов в стилистике «Дикого дикого запада» в Штатах не бывает.

Расположенный под Кентукки алкогольный комбинат венчает гигантская бутылка вискаря с офисом на вершине; плохо нарисованные спецэффекты делают показную американщину похожей на декорации сериала American Gods. Но там, где в Gods фигурировал бог-Вулкан, у режиссёра Мэттью Вона появляются спецагенты-американцы, интересные лишь тем, что без просыха бухают. Предыстория, как и логика, отсутствует. Почему героиню Холли Берри не повышают по службе? Почему герой Педро Паскаля оказывается нечист на руку? Зачем в этом фильме Ченнинг Татум, если он после бухача валится в кому и даже не участвует в каком-никаком, но экшене?

Kingsman 2 кадры

Первый Kingsman начинался как пародия на архаичного Бонда, а к финалу превращался в высокобюджетный трэш, экранизацию хорошего эпизода South Park со взрывами голов, расстрелом невинных верующих и шутками за триста (да что там, за все пятьсот). Второй Kingsman заменил шутки про анальный секс со шведской принцессой на шутки про анальный секс с Элтоном Джоном, и это не самая равноценная замена. Фильм будто извиняется за те самые шутки с принцессой, которые вызвали столько нареканий у блюстителей нравственности: теперь у Эггси-Галахада с принцессой серьёзные отношения, ведь после секса иначе не бывает. Наконец-то можно взять в кинотеатр восьмилетнюю детвору. А нас, любителей первого Kingsman, отправят в гримёрку к Элтону Джону и оденут в костюмы с перьями, — хотим мы того или нет.

Мэттью Вон не просто снял бесхарактерное кино, где нет ни одной смешной шутки и где даже неплохие актёры не способны ничего сыграть. Он снял рекламный ролик бурбона Statesman от компании Old Forester, которая действительно расположена в Кентукки, бурбона, который выпустили в честь фильма и завезли в каждый американский супермаркет. Ещё несколько лет технологического прогресса — и в русскую версию на место бутылки Statesman вставят коньяк «Три звёздочки», роботов-собак заменят на медведей, а в сцены с Элтоном Джоном вмонтируют Верку Сердючку.

3/10

Kingsman 2 кадры

Star Trek: Discovery. Начало

Сегодня ночью на CBS вышли первые две серии Star Trek: Discovery. Последний официальный телевизионный Трек — Enterprise — завершился 12 лет назад. Ожидание было слишком долгим.

Пока видел только первую серию. Предчувствия были безрадостные: с проекта почти год назад из-за творческих разногласий ушёл Брайан Фуллер, а новый шоураннер, Алекс Курцманн, не славится оригинальными подходами к сюжетам. Но пока всё хорошо. Новый Стар Трек хорошо звучит и оригинально выглядит.

К концу второго эпизода титульный корабль — USS Discovery — ещё не появился. В прежних Star Trek экипаж и капитана обозначали сразу и навсегда, так что это отход от канона (в лучшую сторону). Есть ощущение, что авторы предпочтут большую сюжетную арку про клингонов самостоятельным сюжетам-сериям. Возможно, совместят то и другое.

Цветовая гамма неяркая: в космосе Discovery преобладают тёмно-рыжие тона, и этим он отличается от светлого The Orville (не исключаю, что целью художников было сделать их максимально непохожими). Удачное решение — капитанский мостик теперь тёмный, а не освещён со всех сторон, как операционная. Космические события в буквальном смысле отражаются на лицах героев.

Интерьеры корабля напоминают о фильмах Джей Джея Абрамса, есть эффект lens flares (умеренные, а не как в полнометражках), но преемственность дизайна удалось сохранить. Частично. Например, коммуникаторы и фазеры очень похожи на те, что были в The Original Series. Их даже показали в заставке крупным планом, чтобы сомнений не осталось.

Про героев судить рано. В центре истории — Майкл Бернхэм, женщина, которая выросла на Вулкане (Сонекуа Мартин-Грин); пожалуй, Холли Берри могла бы сыграть её старшую, более нежную сестру, — до того они похожи. Из остальных мне понравился Сару, трусливый инсектоид, способный чуять смерть. Необычен образ капитана USS Shenzhou в исполнении ироничной и мудрой Мишель Йео, но её судьба предрешена, а капитана Discovery Габриэля Лорку (Крис Айзекс) ещё не показывали.

Осенью будет много космоса, и это прекрасно!

Нью-Гэмпшир: хасиды в горах

Индейки у дома ходят по трое, как трибунал НКВД. Когда понимают, что вокруг безопасно, зовут откуда-то птенцов. Их десяток, они довольно взрослые.

Однажды утром мы проснулись слишком рано и поехали к горе Вашингтон, чтобы залезть на неё пешком.

На гору высотой 1912 метров поднимается целая команда мужчин в чёрных брюках, белых рубашках и кипах. Хозяйка и её друг часто ходят в походы, но до прошлого лета они никогда не видели в горах евреев в традиционных одеждах. Они приезжали на вершину на автобусах. Или поездах, так тоже можно.

С мужчинами-хасидами на гору поднимаются женщины в разноцветных длинных платьях. Это неудобно в сравнении с брюками, но лет шестьдесят назад едва ли не все женщины ходили в походы в длинной одежде.

Это не значит, что женщин в горах не было. Были, и платья — не помеха. Hiking — воплощение американской мечты, и это не совсем то же, что наш поход. Это когда ты выезжаешь рано утром к горам или какой-то ландшафтной достопримечательности, взбираешься ввысь, затем возвращаешься и едешь домой. Или остаёшься ночевать в мотеле или в палатке у кемпинга, а наутро пробуешь новый маршрут. Поход по-русски — что-то более многодневное и линейное. Многодневные hikes с длинными маршрутами здесь бывают, но это редкое развлечение. Как вернуться к машине, если два дня шёл вдаль от места парковки?

Первая походная тропа в Америке появилась в 1819 году, и её проложили как раз на горе Вашингтон. Тропа до сих пор действует, а походную жизнь в начале XIX века романтизировали писатели-трансценденталисты Генри Торо и Ральф Уолдо Эмерсон. К концу века появился Appalachian Mountain Club, и к романтическому подтексту путешествий добавился экологический.

Гора Вашингтон — самая высокая гора Новой Англии и вообще всей северной части Апаллачей. Сюда приезжают полазить по горным тропам туристы со всего Северо-Востока. От Квебека до Пенсильвании, а иногда и дальше.

Лучшая часть тропы — путь к вершине, где валуны, покрытые лишайниками, образуют сложные завалы. Специальной обуви у меня нет, но валуны обеспечивают хорошее сцепление, и с тропы можно уходить куда угодно.

Вершина горы часто оказывается в облаках, и на тропе расставлены пирамидки из камней высотой в метр-два. Когда не видно совсем ничего, вы оставляете своего партнёра по походу у пирамиды и ищете следующую. Если не находите — возвращаетесь.

Зимой тут снежно. Скорость ветров — одна из самых высоких на Земле, если не считать ураганов (на вершине стоит табличка о том, что выше скоростей нигде не было, — но в 1994 году рекорд побили). Зимой сюда тоже поднимаются и катаются на лыжах по крутым склонам. Развлечение небезопасное — внизу, в Pinkham Notch, можно найти список погибших на горе за последние сто пятьдесят лет. Большая часть смертей — из-за обморожений, сердечных приступов и падений. И большая часть приходится на зимнее время.

Когда хасиды плавают на каяках, они тоже носят длинные брюки и белые рубашки. Просто надевают сверху спасательный жилет.

Мы оказались дома в сумерках, и я залез на сайт аэропорта Цюриха, чтобы ещё раз попытать счастья с забытым ноутбуком. Вбил дату пропажи и брэнд, и он нашёлся сразу же. ASUS laptop, english/russian keyboard. Счастью нет предела! За 40 евро его доставят в подходящий аэропорт.

Пусть летит в Москву без меня.

Нью-Гэмпшир: четыре сына и одни похороны

Я живу в большом деревянном доме. Утром слышно, как тикают часы, и птичьи кормушки за окном раскачиваются в такт секундам. Не узнаю птиц, но одна из них особенно хороша. Обыкновенный архилохус. Распространённая на восточном побережье птица из семейства колибри. Маленькая, меньше воробья, умеет зависать в воздухе и летать назад. Для архилохусов висит специальная поилка: у других птиц слишком толстые клювы, чтобы дотянуться до воды.

Хозяйка дома рассказывает, что весной к кормушкам по столбам балкона любят залезать медведи. Из-за них приходится запирать заднюю дверь дома, которая ведёт на лужайку. В апреле-мае в лесу появляются ягоды, и медведи уходят. Оград здесь ни у кого нет, рядом с домом гуляют индейки, но они не такие вкусные, как в магазине.

Небольшой город Литтлтон совсем рядом, и дом формально находится на одной из городских улиц. Но до центра Литтлтона — несколько километров дороги, вокруг которой мало кто живёт. Машин, впрочем, здесь всегда хватает.

В последний раз я был здесь пять лет назад. Но я скучал. Отпуск продлится чуть больше недели, и сейчас где-то середина. Я не писал ничего о путешествиях примерно столько же — пять лет. Февраль 2012 года, поездка в Израиль: в конце я поздравляю Веру Кичанову с предстоящим бракосочетанием и рассказываю смешные истории про Баскова и про то, как израильская армия пыталась отобрать мою камеру. Теперь неясно, какая из историй была веселее.

Про ту поездку можно было написать больше, например, про то, как мы заблудились на улицах Тель-Авива, потому что я хотел прослыть опытным искателем приключений и стеснялся подходить к прохожим спрашивать дорогу. Или про израильский ночной клуб, где я не понимал, что надо делать. Или про то, как я написал по итогам поездки целую прозаическую эпопею (хорошо, длинную повесть), которую прислал нескольким знакомым, но они не смогли её читать и тактично промолчали. Кажется, я один дочитал её до конца, а в конце там была длинная сцена погони.

В фотографиях из моих постов не было ничего особенного, а тем более — художественного. О первых путешествиях я писал очень многословно, потом (с Америкой) слов стало меньше, в Израиле слов не стало, а потом не стало и заметок. Зачем я это бросил? Затем, что всё уже было написано.

А всё равно настаёт последний день, когда ты собираешь вещи. Последний час, когда ты ждёшь своей очереди где-нибудь на регистрации. Последняя минута, когда ты сидишь в аэропорту, пристёгнутый. И последняя секунда, когда самолёт отрывается от земли. И порядок этот не изменить и не исправить. Остаётся только надеяться, что даже тогда, когда ты уверен, что ничего не успел — остаётся какое-нибудь полезное дело, о котором и сам не подозревал. Как знать.

Зачем было начинать?

И тем более — зачем возвращаться? В самолёте, на котором я летел из Цюриха в Бостон, рядом со мной оказалась девушка из Австрии по имени Астрид. Я решил, что нужно побеждать застенчивость и социофобию, и решил с ней заговорить. Она летела в Бостон на какую-то конференцию про кожу. Разговаривали мы мало, но я всё думал, какое впечатление произведу; из-за этих мыслей, из-за нехватки сна и усталости что-то должно было пойти не так. И я положил ноутбук в отделение ручной клади над сиденьем. Прождал в аэропорту два часа, а потом ещё четыре ехал на автобусе. Обустраивался на новом месте. Засыпал и просыпался.

И только наутро вспомнил, что ноутбук я не забрал. Сначала думал, что его наверняка нашли в Бостоне, что я верну его, когда буду возвращаться, а то и раньше. Заплачу за доставку — и через день он у меня. Оставил сообщение на автоответчике службы багажа Swiss, и через несколько часов пришёл ответ: ноутбук не нашли.

Тут я понял, что всё пропало. Онлайн-форму о пропавшей вещи я заполнил, но ответа не было. Вечером в субботу, через полтора дня после прилёта, я сидел на Flightradar24 и наблюдал, как самолёт, на котором я летел, приземляется в Шанхае. И думал, не позвонить ли в Шанхай; но потом позвонил всё-таки в Цюрих.

— Если вы забыли вещь в Бостоне, звоните в Бостон.
— Но я уже звонил в Бостон.
— Звоните в Бостон ещё раз.
— Но самолёт потом улетел в Цюрих, может быть, его нашли там…
— Бостон звоните ещё раз.
— Дайте мне хотя бы контакты вашей службы багажа :(
— Бостон.

Чего я так страдал? Во-первых, потому что найти повод для страданий — первый пункт моего плана на любой отпуск, а во-вторых — потому, что на ноутбуке (его ценность как вещи минимальна) хранились мои записи и тексты, которые нигде не были продублированы. Потеря невосполнимая.

Я решил, что таким идиотам, как я, не место в нашем мире. Пожаловался знакомым на несчастную жизнь, взял верёвку велосипед и уехал кататься. Потом наступила игровая ночь.

На этот раз играли в Uno и в игру, которая называется Rummikub (её придумал румынский еврей в Палестине в тридцатые годы, когда запретили карты). Я пробовал забыться, не думать о своей печали. Такое страшное испытание не каждому под силу вынести, в конце концов я — может быть, первый, кого ограбили уборщики бостонского аэропорта. Уборщики, которые осквернили имя генерал-майора Эдуарда Лоуренса Логана, ветерана Первой Мировой, чьё имя носит аэропорт.

Потом хозяйка рассказала мне, откуда взялась традиция игровых ночей.

Мы живём в доме в конце тупиковой дороги, по разным сторонам которой находятся несколько участков земли. Всего здесь восемь или десять домов, и все жители знают друг друга. У старика по имени Рэймонд умерла жена, и одна из соседок пыталась помочь ему пережить утрату, звонила, навещала; однажды она не смогла до него дозвониться, пришла к его дому и позвонила в дверь. Никто не откликнулся. Она открыла дверь и зашла внутрь. Оказалось, что Рэймонд застрелился.

Самоубийство стало для всех полной неожиданностью. Смерть жены и дочери оставила Рэймонда совсем одиноким, а сыновья (их у него осталось четверо) никогда его не навещали. Моя хозяйка и её подруга решили, что соседям лучше держаться вместе. Раз в месяц они стали устраивать игровые ночи. Но затем состав игроков изменился, соседей стало меньше: на нынешней ночи была пара геев из соседнего посёлка, библиотекарша из Литтлтона, а также Фэйт, которой за девяносто и которую слишком сложно обыгрывать.

Сейчас в доме Рэймонда живёт пожилой мужчина по имени Джо. Он не любит игры. Вместе с домом он стал владельцем просторного луга. На лугу у опушки растут старые яблони, и в сумерках туда выходят олени, чтобы собрать упавшие яблоки.

Кроткая

«Кроткая», Сергей Лозница, Украина, 2017

Идёшь по улице Гегеля, потом сворачиваешь на Маркса, там, у сгоревшего дома, перекрёсток на Ленина, это где бутылки собирают… Маркса-хуякса, такую страну проебали пидарасы.

Кроткая Лозница кадры

В некотором царстве жила в избе женщина с сухим лицом и глубокими, чёрствыми глазами. Муж у ней в тюрьме сидел-сидел да пропал. Уехала искать.

Новую работу Сергея Лозницы наша пресса упрекает в русофобии, и перед просмотром я был уверен, что речь пойдёт об аннексии Крыма или российских войсках в Донбассе: «Майдан», документалка Лозницы про киевские события 2014 года, обходится без слов — но симпатии автора и так можно понять. В «Кроткой» случаются намёки на войну, но никакой конкретики, ни временной, ни событийной, Лозница себе не позволяет. Разве что страну назвал (устами Лии Ахеджаковой с георгиевской лентой). Российская Федерация — это звучит гордо.

В документальных фильмах Лозница был вынужден обращаться к реальным людям и событиям, так что «Кроткая» выглядит как попытка вырваться из-под гнета имён и дат. Его герои так и говорят: в час Зет гражданка Икс собиралась в город Эн из города Эм. Снятая в Литве российская глубинка выглядит как смесь кинофильма «Борат» и жутких провинциальных новостей с ресурса BreakingMad: заботливый отец везёт детскую коляску — и собирает в неё бутылки, почтенный дед проявляет сочувствие — и тут же угрожает похаркать туберкулёзом. Сказка с реалистичными деталями — жанр своеобразный. Но про то, что это сказка, вы только в конце узнаете, — и окажется, что сказочный финал намного правдоподобнее всего предшествующего действия.

«Кроткая» сделана грубо, местами до одури плохо, — актёры играют неубедительно, подробности российских провинциальных кошмаров переданы фальшиво, как будто Лозница — не наш современник, а гость из будущего, из 2217 года, который о начале нынешнего века знает только по книжкам, да и то не лучшим. Притягательная сила этого кино и заключена в отстранённости, в том, как беззастенчиво автор подменяет жизнь анекдотом, который правдивее жизни. Россия здесь не реальная злодейка, а сказочная. Коллективная Баба-яга, которая не сбила малайзийский «Боинг», а методично уничтожила всякую надежду у людей, оказавшихся на её земле. А раз свои надежды уничтожены — то появляется миссия. Спасать всех, кто живёт вокруг. Вдруг надежда у них всё-таки осталась?

Кроткая Лозница кадры

И тут не русофобия страшна, а то, что Лозница может оказаться прав. «Кроткая» идеально сочетается с хлебниковской «Аритмией», их хорошо бы показывать друг за другом. «Аритмия» рассказывает, как воспроизводится насилие в семье и на работе, — рассказывате радостно, с высокомерной романтической ухмылкой. «Кроткая» показывает, как воспроизводить насилие везде. Что, если вся страна и правда превратилась в тюрьму, где дозволено всё, кроме освобождения? Вас будут насиловать исподволь, а если воспротиветесь, изнасилуют в открытую, и все скажут, что вы сами виноваты, потому что надо было молчать; если молчать, тогда легко. «Но ведь я молчала почти всё время», — возразит Кроткая. Но начнёшь говорить — и оказывается, что надежда, пусть и зыбкая, осталась в тебе. Думаешь, ты уникальная? Спасать тебя надо. Грузить в автозак и спасать, спасать без устали.

7/10

Блокбастер

Девушка Лиза однажды вечером решила прокатиться на восток Московской области, где девушка Наташа ограбила кассу микрокредитования. Наташа и Лиза встретились, пригрозили друг другу оружием и решили жить вместе. История их жизни, расказанная в восьми частях с двумя концовками и эпилогом, оказалась настолько поучительной, что режиссёр Роман Волобуев решил заменить в титрах своё имя на имя Наташи. Наташи Тюльпановой.

Блокбастер кадры

«Блокбастер» — фильм поверхностный, лёгкий, как тающий в луже снег, и потому смешной и невесёлый одновременно. Волобуев хотел полной творческой безнаказанности — и получил её. Попытка воплощать на экране современную Россию оборачивается или Звягинцевым, или Балабановым, или плохими версиями того и другого. «Блокбастер» — антизвягинцев, и даже любимые Андреем Петровичем холодные сумеречные тона смотрятся здесь весело, как пародия на закаты, которые вы все так любите. Было бы лучше, если б действие происходило в абстрактном восточноевропейском городе Н., где нет Москва-Сити, шаурмы после шести, микрокредитования (круглосуточно) и Ефремова в роли забияки-алкоголика.

Эпизоды фильма хороши сами по себе, но их приходится связывать белыми нитками сюжета. И здесь сразу появляется социалистический драматизм: в «Нелюбви» подшучивают над плохими менеджерами, тут — над туповатыми ментами; то и дело повторяется ненужный мотив провинциальности, то и дело появляются в кадре полусмешные любовники, которых не отличить от бандитов, и бандиты, которых не отличишь от любовников. В финале Волобуев отчаянно скрещивает русскую криминальную мелодраму с «Грайндхаусом» Тарантино. Неизвестно, что хуже, но получившийся мутант молит о пощаде на коленках в подземном гараже, как тот самый любовник. Жалко его, но что с того? Любовь жалости не терпит.

Ценности, которые декларирует популярное российское кино, — верность, храбрость, милосердие, — плохо продаются из-за того, что авторы сами в них не верят, и зрители это чувствуют. Идей нет, их приходится подшивать к сценариям в последний момент. «Блокбастер» выигрывает у остальной киноиндустрии благодаря честности. Он не навязывает никаких ценностей. Идея всего одна: хорошо быть Романом Волобуевым. Хорошо развлечься на съёмочной площадке с симпатичными актрисами. Хорошо устроить скандал на кинофестивале и снять своё имя с титров, заодно сравнив себя с Тимом Бёртоном, а фильм — с Чужими-3. Хорошо ухахатываться над критиками, которые размышляют, что за 12 минут продюсеры вырезали из фильма. Хорошо плавать на океанских волнах, где нет микрокредитов, потому что сам микрокредитор, и хорошо осознавать, что погребённую под горами смысла страну освободили от двенадцати минут смысла. Двенадцати минут, которые сам, должно быть, ненавидел хуже смерти.

7/10

Блокбастер кадры

Хохлатый ибис

Главный приз ММКФ получил китайский фильм «Хохлатый ибис» режиссёра Ляна Цяо. «За кинематографическую ценность и гуманизм».

Я посмотрел «Ибиса» в среду — после защиты диплома, ушёл ради него с выпускного. Даже жалел, что ушёл. Картина снята хорошо, но она смотрится бледно даже на фоне других конкурсных фильмов.

Хохлатый ибис Лян Цяо

Раз это гуманное кино получило главный приз, расскажу о его гуманном содержании. Spoilers ahead.

Наши дни. Кан родился в дальней деревне материкового Китая, стал журналистом и переехал в Пекин. Незадолго до начала действия фильма он опубликовал статью, где обвинил открытый рядом с деревней цементный завод в загрязнении окружающей среды. Завод закрыли на реновацию (не шучу), поставили новые очистные сооружения. Но хозяин завода — бывший одноклассник Кана — пока не собирается их включать. Дорого. И вообще затаил на Кана обиду. Бывшая возлюбленная Кана умирает тем временем от лёгочной болезни, которую вызвала заводская пыль.

И тут в деревне заметили редкую птицу — хохлатого ибиса. Кан возвращается в деревню ради репортажа: если птица вернулась, то земли могут получить статус заповедника, и завод придётся закрыть. А если не вернулась — то заводу жить.

Кульминация: бывшая возлюбленная Кана призывает его отказаться от публикации, потому что если завод закроют, она и её близкие не получат компенсации от хозяев завода.

И Кан решает ничего не публиковать.

Оказывается, что деревенский патриархальный уклад не так уж плох, а столичная журнашлюха со своими экологическими замашками лезет не туда. И если в начале он предстаёт положительным персонажем, то к финалу оказывается, что слишком уж далёк он от народа. А хозяин завода — наоборот, отец деревни, ибо даёт всем работу. Мало ли что жене изменяет и меры в питии не знает.

Послание совершенно противоположное корейскому «Обычному человеку» (режиссёр Ким Понхан), где репортёр идёт против системы до конца и жертвует жизнью ради блага страны. «Обычному человеку» хотя бы дали приз за лучшую мужскую роль. Это единственный светлый момент.

Обычный человек

«Жёлтая жара» Фикрета Рейхана получил приз за лучшую режиссуру. Тягучая, мрачная драма о турецком баклажанном поле. Если на эту награду нужен был фильм ещё более невыносимый, чем «Ибис», то жюри конкурса успешно справилось.

Жёлтая жара Фикрет Рейхан

Если судить по главным наградам, ММКФ пропагандирует верность дремучим традициям, приоритет индустриализации над сохранением природы и полив баклажанов пестицидами. Не знаю, почему я до сих пор удивляюсь.

Лекарство от реальности

A Cure for Wellness («Лекарство от здоровья»), режиссёр Гор Вербински, США, Германия, 2016

Мир — пирамида. Далеко в низине первобытные племена возводят искусственные скалы-небоскрёбы, где их предводители наслаждаются иллюзией высоты и богатства. В предгорьях расположился швейцарский городок: бывшие крепостные дружелюбием не отличаются, зато хитры и проницательны. А на вершине — замок, что издавна принадлежал баронам Вольмер. Вольмер и ныне остаётся властителем, но он — врач, а не феодал. Вместо крестьян и местных князьков ему покоряются финансовые светила со всего мира. Герой фильма, мистер Локхарт, должен вытащить из забытья одного из пациентов Вольмера и вернуть его к привычной жизни. Но кто в здравом уме покинет замок, если вода из подземного озера омолаживает и умиротворяет? А заодно вызывает галлюцинации. Лечения без побочных эффектов не бывает.

Режиссёр Гор Вербински и сценарист Джастин Хэйс создали мир, полный не то что недоговорок — зияющих карстовых пустот. Офисный быт и архитектура позаимствованы из семидесятых, хотя герои пользуются современными смартфонами. Восхождение мистера Локхарта от равнины к вершинам начинается на современном поезде, а заканчивается в средневековом замке, где работают машины времён Первой Мировой и врачи, вымуштрованные в нацистском концлагере. Из курорта доктора Вольмера никто не возвращается — но у самых осведомлённых людей на планете это не вызывает подозрений. Не с меньшим успехом можно объявить санаторием газовую камеру, а для приличия подобрать состав, который вызывал бы у пациентов предсмертную эйфорию.

Вербински едва ли ощущал эйфорию от своей истории — есть подозрение, что она была выдумана во время скучного оздоровительного тура по средней Европе. Главный визуальный аттракцион фильма — поезд, приближающийся к тёмному тоннелю, и в уютном вагоне неровён час задуматься: ведь у этих мест богатая, кровавая история. Там, где прежде царствовали призраки, теперь гудят кондиционеры, а в пыточных оборудованы санузлы с подогревом сидений. Вместо приключений — трансферы в микроавтобусах, вместо романтической любви — случайный секс на спа-курорте. Где же ты, добрая старая Европа, где головную боль лечили трепанацией, а супружескую измену — костром?

Вербински не останавливается на том, чтобы добавить в современность немного стимпанковых ужасов: он соединяет мрак средневековой легенды с кошмаром офисной Америки. Cаспенса нет, карты раскрыты с самого начала. Из всех вариантов развития шаблонного сюжета о том, как молодой человек приезжает в зловещую лечебницу («Остров проклятых» Скорсезе, «Обитель проклятых» Андерсона), Вербински выбирает самые шаблонные. На каждом ветвлении лабиринта, где один путь ведёт к приключению, а другой — в тупик, он всякий раз предпочитает тупики. Затянувшаяся шахматная партия не вызывает интереса ни у игроков, ни у зрителей. Перемещения героев бессмысленны. Кто-то украл коня. Отчаявшись, авторы смахивают с доски все фигуры, превращают финал в необузданную оргию огня и хаоса, — кажется, впервые делают то, ради чего на самом деле собрались. А ведь буйный нрав фильма проглядывал с самого начала: Ханна, героиня Мии Гот, нет-нет да сбросит личину невинной простушки и выглянет из ванны с угрями в обличье зловещей обольстительницы.

Вербински и Хэйс настаивают на том, что источником идеи послужил не Скорсезе, а Томас Манн и роман «Волшебная гора». Даже если Вербински не лукавит, он отнял у Манна самую обаятельную часть: иронию. Старики-пациенты, которые в «Волшебной горе» шутили, интриговали и развратничали, в «Лекарстве от здоровья» становятся безликими мертвецами с впалыми глазами. Джеймс Дехан, исполнитель роли Локхарта, напоминает потускневшую копию Леонардо ДиКаприо из «Острова проклятых». Вольмер в исполнении Джейсона Айзекса — предводитель концлагеря, лишённый человеческих черт. Его любовь избрала жертвой женщину, которую он не вправе был любить; с тех пор от чувства не осталось и следа — да и от человека сохранилась лишь пустая оболочка.

Обыденность для Вербински так страшна, что заставляет искать исцеления где угодно, — даже в чане с угрями. Он не противопоставляет потребительский мир изоляционизму, а уравнивает их. Зачем избавляться от врачей-убийц, когда на воле тоже нет надежды? Только у Локхарта есть шанс спастись, ведь он способен полюбить существо, выращенное не для жизни, а ради смерти. Локхарт и Ханна открывают ворота замка и попадают в царство абсолютной свободы. Они бегут туда, где можно без конца гнать на велосипеде по горной дороге, где в лицо дует ночной ветер, а спуск никогда не сменится подъёмом. Безумие — вот настоящее лекарство, избавляющее и от гнета корпораций, и от пут маньяка, помешанного на бессмертии.

Мечтатели

This Beautiful Fantastic («Фантастическая любовь и где её найти»), реж. Саймон Эбауд, Великобритания, США, 2016

Сегодня обычный день. Необычна лишь Белла Браун. Её вырастили утки и принесли в лондонский Гайд-парк. Она провела детство в католическом приюте. Она библиотекарь. Любит порядок во всём, да только за садом не ухаживает. Сегодня нахлынет буря, Белла выйдет во двор, споткнётся о корягу, потеряет сознание и очнётся в кровати у сварливого соседа. Элфи Стивенсон не любит людей и обожает растения. Слуга по имени Вернон готовит старику превосходную еду, но у Элфи всегда найдётся повод поворчать. Беллой он недоволен в особенности — рядом с его образцовой делянкой она устроила настоящий геноцид.

The Beautiful Fantastic удивляет и увлекает, а для анализа совершенно непригоден. Сюжетные линии лишены завершённости, законы логики — даже сказочной — брошены и растоптаны, как сорная трава. Каждый персонаж — сочетание шаблонов, неумело составленный гербарий. Почему Белла в исполнении Джессики Браун-Финдли обожает порядок, но не может вызвать садовника? Зачем Вернон отказывается от оплачиваемой работы во имя бесплатного труда, хотя должен обеспечивать детей? Режиссёр и автор сценария Саймон Эбауд то и дело перескакивает с темы на тему: начинает он с романтического Дживса и Вустера, смешит (небезуспешно) сценами из жизни ворчливого хозяина (Элфи) и умелого слуги (Вернона). Том Уилкинсон, Эндрю Скотт и Браун-Финдли образуют причудливый треугольник, смотреть на который — одно удовольствие. Но треугольник для Эбауда — слишком простая фигура. Он устаёт от Вернона и подсылает Белле сладкого мальчика Билли (Джереми Ирвин, звезда «Боевого коня»). Вокруг Беллы, как неладно сбитое колесо, вертится любовный многогранник, а Эбауда не волнует ничего, кроме цветов и трав.

«Фантастическая любовь» красива особенной, камерной красотой, хотя камера редко выглядывает за стену маленького сада Беллы Браун. Если разложить всё по полочкам, то кроме этой красоты — и обаяния главной героини, которую именуют британским подражанием Амели, — «Фантастической любви» нечего предложить зрителю. Но фильм необъяснимым образом смотрится заманчиво и цельно. За компиляцией шаблонов стоит своеобразная душа, которая сразу же располагает к себе. Эта душа — чувствительная, робкая, наделяющая фильм совершенно неповторимой атмосферой. Это сентиментальная душа.

Английские сентиментальные романы середины XVIII века не отличаются сюжетной тонкостью. Герои Оливера Голдсмита и Генри Брука сталкиваются с совпадениями настолько невероятными, что романы Вальтера Скотта после них читаются как документальные трактаты. Дома, в которые пришла беда, осеняет чудесное спасение. Покойники восстают из могил. Обесчещенные семьи возвращаются к счастливой и богатой жизни. В каждой главе автор не забывает поучать и наставлять читателя на путь порядка и добра.

В начале XXI века от таких сюжетов принято бежать без оглядки, но Эбауд не струсил — и выиграл. Чередой небьяснимых совпадений он превратил сюжет в условность, игру, которая лишь оттеняет главное, — чувства и настроения Беллы Браун. Она — не героиня любовного романа. Жанр требовал показать финал романтических перипетий, но финал этот — вынужденный, если не вымученный. В саду нет ни змея, ни яблонь: любовь в произведении Эбауда подчёркнуто асексуальна. The Beautiful Fantastic назван именем детской книги, которую Белла мечтает написать. Это кино посвящено любви к творчеству, а не любви к людям. Множество мужчин, которые вьются вокруг Беллы и поучают её, на деле исполняют её главное желание: помогают ей творить. А она своим нетривиальным нравом, в свою очередь, помогает найти (или вернуть) творческое начало в них самих.

The Beautiful Fantastic экранизирует не сказку, а мечту. Логика здесь вторична. Несбыточные мечты свойственны каждому, и их легко разрушить, задав мечтателю пару простых вопросов. Но Белле их никто не задаёт: Эбауд экспериментирует с тем, как фантастические грёзы сажают в плодородную почву и накрывают теплицей. Пусть реальный мир изредка проникает за стену сада — автор не стремится обойти острые углы. Клятвопреступная юность, остывающая зрелось и ледяная старость поджидают героев на каждом шагу. И пусть! Созидательным силам, как редким семенам из дальних стран, достаточно маленького уголка дружелюбия и покоя. Белла воплощает в жизнь свою мечту вопреки здравому смыслу, вопреки незыблемым, казалось, законам мироздания, — и это особенно вдохновляет.

8/10