Archive for 14 марта 2014

14 марта 2015 года

Вчерашние отключения интернет-СМИ (Грани.ру, ЕЖ.ру, Каспаров.ру), зачистка Ленты.ру и блокировка ЖЖ Навального хорошо дополнило очередное лицемерное выступление Виталия Чуркина в заседании Совбеза ООН по Крыму, где он сослался на опыт Косово (которое никто не присоединял) и несколько референдумов о независимости.

Ни в одном из этих референдумов не шла речь о присоединении к другому государству. Случай острова Майотта, на который ссылался Чуркин, уникален, — в 1974 году Майотта единственная из 4-х Коморских островов проголосовала против независимости от Франции и осталась в её составе вопреки резолюции ООН. Но Майотта никогда не была частью другой страны, как Крым.

Чуркин об этом не упомянул, но это и не нужно. Все его заявления рассчитаны на внутрироссийское употребление и за рубежом уже никого не интересуют.

Тем временем до референдума в Крыму осталось два дня.

Если нынешние тенденции продолжатся, через год мы получим совсем другую Россию.

В этой России будут заблокированы и уничтожены все независимые СМИ. Эху Москвы, вероятно, удастся уцелеть, но куда большими уступками, нежели сегодняшнее удаление блога Навального.

В этой России, памятуя об опыте Египта, не закроют полностью Twitter и Facebook (что вызвало массовый выход людей на улицы в Каире), а займутся адресными мерами в отношении популярных пользователей соцсетей.

В этой России очередная мирная демонстрация завершится очередным Болотным делом. Оппозиция у нас настолько мирная, а новое дело настолько необходимо, что ОМОНовцев попросят кидаться асфальтом друг в друга, на что они охотно согласятся.

В этой России не будет никакой политики и не будет даже нынешней чахлой многопартийности. Мера пресечения оппозиционным политикам будет меняться по ситуации. Сажать их не будут, а продолжат сажать, как за 6 мая, случайных людей. Лидеры будут объявлены предателями своих осуждённых сторонников.

В этой России на условиях неясной ассоциации будет состоять Крым, и его будут красить на картах в чуть более бледный цвет, чем остальную территорию. Если Крым станет независимым, его признают Науру, Тувалу, Никарагуа, Венесуэла и другие страны, что признали Южную Осетию и Абхазию. А также сами Абхазия и Осетия.

В этой России Крым будет единственным местом, где за несанкционированные митинги с российскими флагами людей не будет избивать и задерживать ОМОН.

Эта Россия сплотит вокруг себя всю Украину без остатка. За исключением того же Крыма, который в течение года или двух будет пожинать милости новых хозяев. Если же с проблемами столкнётся и Крым, то виновницей объявят Украину: за то, что не станет пропускать через границу всех желающих и сократит туристический поток.

Эта Россия без лишнего шума уничтожит свою международную репутацию. Из Восьмёрки её не выгонят, но собираться она перестанет, а из Совета Европы не исключат, но и воспринимать всерьёз не будут.

Инвесторы будут постепенно уходить с российского рынка, постепенно будет падать цена акций, постепенно будет оседать курс рубля. Биржевиков объявят одними из виновников экономического спада.

Но спад состоится далеко не для всех, потому что цена на нефть в таких условиях вряд ли станет падать. На чиновников, ОМОН и армию в любом случае хватит.

Безработные свободолюбивые журналисты так или иначе обзаведутся новой работой, но за их перемещениями между изданиями будут бдительно следить, а места их избыточной концентрации — закрывать.

Все, кто может уехать, постараются уехать или во всяком случае купить за границей квартиру. На всякий случай.

Всё это вполне можно осуществить в течение всего одного года. А потом тем, кто остался, придётся много и долго терпеть. Может быть, даже войну. Германии для того, чтобы стать нормальной страной, пришлось пережить целых две.

Нимфоманка. Часть II (Nymphomaniac: Vol. II)

Тайны нимфоманки Джо (или внешние проявления тайн) стали доступны даже её коллегам. Жестокая светловолосая директор упомянула, что слухи про Джо распространяются повсюду. Она стала известной нимфоманкой. Она выглядит жалко.

Весь фильм вызывает жалость и ощущение того, что всё идет не так. Истории не те. Отступления Селигмана по ходу рассказов уже не так зажигательны, как прежде. Взгляд его уже даже не хитёр, а просто тяжёл, как старый лесной камень. Герои не те.

Нимфоманка Часть 2 Nymphomaniac Vol 2 Шарлотта Генсбур Уиллем Дефо

Между Стэйси Мартин (юная Джо) и Шарлоттой Генсбур (взрослой Джо) по сюжету фильма минует всего три года. В реальной жизни актрис разделяет девятнадцать с половиной лет. Постаревшего Джерома Мартина (Шайа ЛаБаф — Михаэль Пас) и вовсе не узнать, что вносит сумятицу в умы зрителей. Неведомо, чем Триер руководствовался, решив не гримировать Шайю под взрослого мужчину. Сделать это было очень просто.

С Генсбур, которую нужно было снимать обнаженной, так поступить было нельзя. У неё просто другое тело. Другие соски грудей. Они не могли так измениться, и это даже важнее, чем глаза: злые языки говорят, что поменялся их цвет. Идеальная фигура Мартин, с которой тешатся мужчины, совсем не подходит взрослой Шарлотте. Впрочем, в образе Шарлотты Джо нашла себе юная воспитанницу (очаровательная Миа Гот, которая разбудит любого асексуала) и, более того, нашла себе дерево.

Нимфоманка Часть 2 Nymphomaniac Vol 2 Шарлотта Генсбур Миа Гот

Получилось так, что во второй части «Нимофманки» нимфа становится теорией, бесплотным существом. Тело Джо сначала отказалось от оргазмов, а затем было подвергнуто страшному и малообъяснимому испытанию, которое лишило её самой возможности секса. Напоследок, очаровавшись асексуальностью и поверив было, что она возможна, героиня Шарлотты сталкивается с очередным предательством.

К закату этой истории, который вовсе не блещет яркими красками, всем было бы лучше, если бы Джо никогда не любила. Никогда не впутывалась в ужасные и смешные истории. Всем было бы прекрасно, если бы она просто продолжала трахать случайных мужчин, желательно в своём самом юном и беспечном обличии. Всем было бы ещё прекраснее, если бы она при этом ничего не боялась и не была человеком.

Появится вечная Джо. Пройдет каких-нибудь десять лет, когда прекрасная, но уже слишком взрослая Стэйси Мартин за баснословную сумму продаст своё виртуальное тело какой-нибудь японской компании, которая сделает из неё одну из самых популярных секс-игрушек на планете.

«Нимофманка» получилась фильмом о смертельной опасности запретов и не меньшей опасности дозволений. Но старость хуже всех опасностей. Вторая часть больше раздражает в сравнении с первой ровно в той степени, в которой старое, испещрённое морщинами лицо утомляет больше молодого. Старость привела к нынешнему положению дел Триера, его героиню, его героя, тебя, меня, и фильм, конечно, совсем не об этом, но пусть эти секс-игрушки скорее появятся: по меньшей мере у людей в появится серьёзный повод повод зарабатывать деньги.

Кстати, с Селигманом не случилось ничего плохого. Утром он отправился к Стоунхенджу («Нимофманка» должна происходить в Англии) и бегал там голый для съёмок Thor: The Dark World. Так угасала последняя асексуальность на Земле.

9/10

Зачем Крыму анонимные военные

«Ругали Шендеровича за статью о Сочи, а он, судя по Крыму, не преувеличивал», — такие высказывания приходится слышать по мотивам новостей из Украины.

Крымские события ставят нас перед более сложным выбором, чем Майдан. Можно ли отрицать право региона на самоопределение? Для чего нужно вмешательство России?

Премьер Крыма Аксёнов уже признал, что в патрулировании Симферополя участвуют российские войска. Сложно усомниться в том, что «неопознанные военные» в Крыму или прибыли из России, или связаны с Россией. Если аэропорт в Севастополе под боком Черноморского флота контролируют неизвестные Москве вооружённые формирования, то дела у нас совсем плохи. Может быть, там засели люди Доку Умарова, а в десятке километров находится база флота и гуляют по улицам депутаты Госдумы.

Помимо лично Путина с Януковичем и их верных соратников, от нестабильности в Крыму выиграют разве что беглые бойцы «Беркута», которые уйдут от ответственности за убийства в Киеве. Все остальные, и жители Крыма, и остальной Украины, и России, — только проиграют. Назначенный на 30 марта референдум пройдёт в условиях, когда госучреждения Крыма контролируют анонимные боевики. К выяснению настоящего мнения жителей полуострова такой референдум не имеет отношения.

Одна из целей вмешательства России очень проста. Путину надо показать всем нам, что после революции бывает плохо. Всегда. Настолько плохо, что в стране становится невозможно жить и работать.

Пустой казны и хаоса во власти (что неудивительно и за что украинскую оппозицию сложно упрекнуть) для этого недостаточно. Лучше найти нестабильный регион вроде Крыма и устроить там не то что агрессию российских войск и даже не маленькую гражданскую войну между татарами и русскими, а просто ползучую вооружённую нестабильность, из-за которой Украине не видать ни инвестиций, ни Евросоюза, ни туризма.

Рациональным вариантом для Украины было бы скорейшее отделение Крыма: поживут пару лет независимо, как Южная Осетия (то есть в худшей возможной форме зависимости от России), и сами попросятся обратно.

Но положение Крыма не похоже на Осетию или Абхазию до 2008 года. Грузинские автономии воевали за независимость и во многом были независимыми. Крым независимым не был, и Украина не может позволить себе молчаливо смириться с потерей региона.

Хотелось бы верить, что вооружённого конфликта в Крыму удастся избежать. Но в случае, если невероятная война с Украиной действительно состоится, Путин и его вооружённые силы уже не будет иметь никакого отношения к России, а его победа станет для России поражением.

Нимфоманка. Часть I (Nymphomaniac, Part I)

Когда начинают показывать члены, пара довольно зрелых уже людей встаёт с мест в центре зала. Они устремляются вниз, где написано «Выход», но не могут выйти и включают на мгновение яркую лампочку над дверью. Зал легко смеётся, и они уходят вверх, туда, где расположен настоящий выход. Включение света — скорее случайность, но как в «Льюине Дэвисе» есть случайно нацарапанная на стене туалета надпись What are you doing?, так свет стал частью перформанса, звоночком: что с нами случилось? Что с нами не так? Почему мы попали на этот дьявольский фильм?

Нимфоманка Nymphomaniac

В Москве сейчас принято говорить о сексе не вслух, а текстовыми сообщениями, подчёркивать собственную неудовлетворённость и одновременно избегать новых партнёров, которых ещё не одобрили друзья, дабы не прослыть неразборчивыми глупцами. В этой тревожной среде, в городе, которым давно должен управлять психотерапевт, «Нимфоманка» обречена на безусловный успех — даже адаптированная версия, от которой режиссёр открестился первым же титром и которая, судя по всему, ничем не отличается, кроме меньшего количества порно. «Нимфоманка» — возможность побеседовать о том, о чём вы не поговорите просто так (а поговорив, можете натолкнуться на что-нибудь совсем нежеланное вроде предложения сходить к сексологу). Это возможность коллективно увидеть хотя бы часть того, что обычно смотрят наедине с зашторенными окнами.

Кинематографически «Нимфоманка» безупречна ровно настолько, насколько безупречной может быть урезанная ради приличий половина фильма (фильма, заметим, как раз созданного для того, чтобы уничтожать цензурные приличия). Тёмная и картинно снятая «Меланхолия» смотрится иначе, а сцена с лошадьми по-прежнему вне пределов досягаемости земного кино — но пусть она таковой и останется.

«Нимфоманку» можно смотреть как простое и очень красивое художественное кино, если не считать тем, к которым она обращается. Тем, с которыми все обращаются грубо и неумело, а у Триера получается грубо и при этом хорошо. Этот фильм не акция протеста, скорее всё остальное кино акция протеста против этого фильма. Нимфоманка не заставляет думать о новом, а продолжает за тебя думать о том, о чём и так думаешь всё время. Резонанс, который вызывает этот фильм, сильнее другого кино, он вынудит кого-то сесть писать письма ближним, кого-то — передумать, зачем они любят физически, а кого-то — сбежать из зала и случайно включить лампочку. Fuck you, Trier, зачем ты задеваешь за живое машины для размножения, разрушая механику их функционирования?

Механика фильма Триера состоит в том, что три раза это уже любовь, в том, что охотник и жертва мечтают поменяться местами (но у них не больше шансов, чем у рыб и рыбаков), что в зимнем лесу надо искать ясень и что объяснить можно практически всё, что угодно, кроме собственных желаний. Героиня Триера узнала гармонию листьев, техники и небесных тел, она нашла нужные способы обращения с мужчинами (или рыбой, если угодно), но её собственная бездна неуправляема и не подчиняется никакой механике.

Нимфоманка Nymphomaniac

Трилогия Майкла Бэя о трансформерах и трилогия Ларса фон Триера о депрессии (Антихрист, Меланхолия, Нимфоманка) на самом деле примерно одно и то же. Триер снимает кино про голые тела, Майкл Бэй снимает кино про роботов с десятками тысяч деталей на модель. У Бэя задача значительно проще, потому что к роботам в кинотеатрах все привыкли. Триеру сложнее: сделать фильм про голые тела таким, чтобы мы думали, что это философская притча, хотя тут не голые тела нужны для привлечения внимания к философской притче, а философия нужна для привлечения внимания к телам. За тем Шайа ЛаБаф, снявшись во всех трёх Трансформерах, оказался у Триера. Постоянно бегать между ног у роботов — незавидная участь. Хочется показать кусочек себя.

«Нимфоманка» сейчас главное московское развлечение, с которым может соперничать разве что секс; если «Нимфоманка» не оригинальна, то разве что потому, что секс между представителями одного биологического вида вообще занятие не самое оригинальное: убить во всяком случае можно большим числом способов, чем трахнуть. После Нимфоманки другие фильмы некоторое время будут казаться почёсыванием за ухом, щекоткой в боку или незначительной зубной болью. Правда, безграничный ушат сериалов и кино, которым мы себя обливаем, быстро смоет остатки этой сладостной бесчувственности.

9/10